Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 16 – К. Ф. Шредер

Она смолкла, расправила плечи, которые совсем было опустились, и, вскинув вверх подбородок, объявила:

— Изобелья права. Продажная девка Дайширо, шлюха, дрянь – как ни назови, все будет мало. Потому что я позволила Дайширо помыкать мной и повиновалась беспрекословно, исполняя все его прихоти. Он сломил мой дух. Слишком долго я терпела, не выказывая ни капли недовольства. Ни разу не огрызнулась, не боролась. Но теперь все изменилось.

Файола не смотрела на Кари и говорила взволнованно, как будто обращалась к человеку, с которым уже давно хотела объясниться. Внезапно Кари поняла, что Файола действительно говорила не с ней. Раздалось глухое рычание тигра.

Они были не одни.

Кари вскочила. Белая тигрица, навострив уши, шагнула к ней из темноты. Лапы беззвучно ступали по асфальту. Острые клыки блеснули как молния, зеленые глаза не мигали. Кари инстинктивно подняла руки и приняла боевую стойку. Усы тигрицы дрогнули, как будто она усмехнулась, – а может, как раз это она и сделала. Потому что патетическая попытка Кари сойтись с гигантской хищной кошкой в рукопашном бою могла вызвать только смех.

Кари повертела головой, оценивая обстановку. Они с Файолой стояли в пустом переулке. Совершенно одни, если не считать тигрицы. Не было никого, кто мог бы ее защитить или стать свидетелем их борьбы – гибели? – убежать тоже никаких шансов. И под рукой, как назло, ничего, что можно использовать как оружие. Две девушки в переулке замерли перед хищником.

— Что ты наделала? – прошептала Кари Файоле.

Не может быть, чтобы Файола не почуяла, что их преследует тигрица. Значит, не предупредила намеренно? А вдруг Файола специально заманила Кари в пустынный тупик, в то время как та была слишком погружена в разговор и не замечала происходящего. Элементарная ошибка, которую можно простить новичку, но не опытному бойцу! Кари слишком доверилась Файоле.

Файола сделала шаг вперед и подняла руку, загородив Кари собой.

— Здесь речь не о тебе, – шепнула она.

Не о Кари, а о тигрице, которая бесшумно скользила все ближе и от рыка которой у Кари переворачивались все внутренности.

— Мне надо с тобой поговорить, – громко сказала Файола, обращаясь к оборотню. – И я знаю, ты была бы рада растерзать меня на куски, но сначала хотя бы выслушай. А потом уже решай, пускать ли в ход когти.

Рычание тигрицы превратилось в затихающее урчание, когда Файола медленно опустила руку.

— Прошу тебя, – произнесла она, смиренно склоняясь.

Тигрица опустила уши. Мгновение Кари надеялась, что она примет человеческий облик и действительно даст Файоле высказаться – что уж там она хотела ей объяснить. Однако она приготовился к прыжку. Тигрица не хотела говорить или слушать. Она несла смерть и ужас. Они мелькнули в ее зеленых глазах. Хищница жаждала мести, а еще крови и плоти. Мускулистое тело, легко спружинив, устремилось вверх. Тигрица выпустила когти.

Файола издала крик, Кари отшатнулась. Они были слишком заторможенные, несопоставимо медленнее могучего зверя, летящего по воздуху как бог мщения. Внезапно его рык превратился в крик. Тигрица метнулась в сторону и рухнула, не долетев до Файолы расстояние в две ладони. Уши дернулись, словно в предсмертной судороге, безвольно опустился хвост – в боку торчал клинок.