Книга Невольница для генерала, страница 83 – Лия Валери

— Нет, — вырвалось у меня. — Нет, Ариана. Мы не оставим вас здесь одну. Мы найдём другой способ!

— Слишком рискованно, — покачала головой Ариана.

Она говорила голосом человека, который уже всё взвесил, всё обдумал и принял единственно возможное, хоть и горькое, решение. И в её спокойствии была страшная, неумолимая правда.

Я смотрела на её морщинистое, доброе лицо, на её руки, которые только что с такой теплотой сжимали мои, и в груди всё сжималось от мысли, что я больше не увижу её.

— Он никогда себе этого не простит, — прошептала я, чувствуя, как сжимается горло. — И я тоже.

— Он сильный, — тихо ответила Ариана. — Сильнее, чем думает. И он будет жить. С тобой. Ради тебя. А это... это единственное, что имеет для меня значение.

Она снова взяла мою руку, и на этот раз её ладонь показалась мне такой хрупкой.

— А теперь хватит о грустном. У нас есть работа. Нужно создать тебе историю, пока мой сын наводит шороху в канцелярии. — Она подмигнула мне, пытаясь разрядить обстановку, но в её глазах оставалась невысказанная грусть. — Давай, землянка, покажи, на что ты способна. Докажи мне, что я не зря в тебя поверила.

Я кивнула, с трудом сглатывая комок в горле.

Шаг. Ещё шаг. Мой сапог отбивает чёткий, мерный ритм по отполированному до зеркального блеска мрамору канцелярии Триумвирата. Пусто. Слишком пусто для этого часа. Воздух стоит тяжёлый, густой, будто перед грозой. Его не шевелит даже работа вентиляции. Он наполнен страхом. Не тем острым, животным страхом новобранца перед боем. Нет. Это старая, затхлая вонь крысиного страха — страха чиновников, чувствующих смену ветра и заранее прячущихся по норам.

Они не смотрели на меня. Ни один. Ни молодые клерки, застывшие с планшетами у стен, ни седовласые администраторы, чьи лица я помнил ещё с тех пор, когда сам был лейтенантом. Их взгляды скользили мимо, упирались в стены, в потолок, в собственные ботинки. Будто я был не генерал, а прокажённый, несущий чуму. Инстинкт, отточенный сотнями стычек и дюжиной полноценных войн, сигналил внутри меня бессловесным рёвом. Ловушка. Пасть уже раскрыта, и я шагал прямиком в её глотку.

Двери в главный зал заседаний бесшумно раздвинулись, впуская меня в просторное, сияющее помещение. Оно было пустым. Гигантский овальный стол, за которым должны были заседать три самых могущественных человека Империи, сиротливо блестел под светом люстр. Лишь в кресле Верховного Командующего, в самом его центре, сидела она. Вейра'тор. Её ослепительно-белый мундир резал глаза, а на лице застыла маска холодного, безразличного превосходства.

— Генерал Гар'Зул, — её голос, громкий и чёткий, отчётливо прозвучал в мёртвой тишине зала. Он был рассчитан на записывающие устройства, на историю, которую она уже написала в своей голове. — Мы ознакомились с вашим рапортом об отставке. И с приложенными к нему… компрометирующими материалами.

Она сделала паузу, давая мне понять всю глубину пропасти, в которую я шагнул. Никакого рассмотрения. Никаких слушаний. Будет лишь казнь.

— Триумвират располагает неопровержимыми доказательствами вашей государственной измены, — продолжила она, и стена за её спиной ожила, превратившись в гигантский голографический экран. На нём поплыли отрывки перехваченных сообщений, поддельные отчёты о передвижении флотов, смонтированные записи. И… Лера. Они использовали её изображение, вставили в грязные сцены допросов, снабдили лживыми субтитрами. Ярость, белая и слепая, ударила в голову, заставив кровь стучать в висках. Но это только внутри, снаружи — ни единого мускула не дрогнуло.