Книга Воротиться нельзя влюбиться!, страница 80 – Ульяна Муратова

Мне снились сны. Отчаянно яркие и невыносимо прекрасные. В этих снах всё было по-другому, и Влад был другим, и я сама рядом с ним была другой. Не высмеивала, а смеялась. Не влюблялась, а любила. Не жалила, а лелеяла.

Каждое пробуждение было как предательство разума. И я осознала ещё одну странную вещь: неважно, насколько вторична реальность, если ты в ней счастлив. По сути, каждый из нас живёт в своём вымышленном мире, отличающемся от миров окружающих людей. Эти миры сталкиваются, идут внахлёст и даже порой растворяются друг в друге, но они никогда не идентичны. Мир у каждого свой. И я теперь была заперта в том, который выбрала сама.

Но кто мне был виноват? Никто.

Зачёт я так и не сдала, даже не пошла просить о пересдаче. Разумеется, меня отчислили. Разумеется, меня это не волновало. Разумеется, мать не могла не высказаться на эту тему. Высказывалась так, что противопожарные сирены позавидовали бы. Орала долго и со вкусом, думаю, вся многоэтажка теперь была в курсе моего провала.

Трель дверного звонка ненадолго заставила мать замолчать, и она, зло чеканя шаг, рванула в коридор. Распахнула дверь и уставилась на раздражённого соседа по лестничной клетке.

— Слушайте, я понимаю, что дело не моё, но сколько можно орать? — скривился он. — Высшее образование — не гарант ни счастья, ни успеха, ни профессиональной востребованности. У меня вот его нет, работаю штукатуром, получаю хорошие деньги, семью люблю. Ну отчислили Марину вашу, ну не конец света же!

— Да что вы лезете не в своё дело? — прошипела мать.

— Вы это дело сделали моим, потому что орёте, как невменяемая. Время уже девять вечера, а мы детей не можем под ваши крики уложить. Надо же такую глотку лужёную иметь! Вы в рыночные зазывалы не думали податься? — саркастично спросил сосед, но ответа не получил.

Дверь захлопнулась ровно перед его носом, надеюсь, он успел отскочить. Но так или иначе появление незваного заступника сбило основное пламя скандала, и дальше мать говорила уже тише:

— Иди работай, раз даже учиться не в состоянии. Я для тебя всё сделала, всё! А ты только и умеешь, что в телефоне торчать. Даже учёбу не потянула, потому что мозгов нет.

— Интеллект наследуется по материнской линии, — ответила я, не поднимая глаз.

Ох, как это её разъярило!

— Я хотя бы ни у кого на шее не висела, всю жизнь всё сама!

— Да? А бабушка говорила, что когда я родилась, она брала декретный отпуск, чтобы ты могла продолжить учёбу, и содержала нас обеих несколько лет, пока ты на работу не вышла, потому что стипендию тебе не платили. Но это, наверное, не считается. Мам, слушай, я устала от скандалов. Вот честно — устала. Нет у меня на них больше сил. Работу я уже ищу, но попадаются только какие-то мутные схемы, сетевые маркетинги или должности помощника администратора в интим-салоне.

— Так туда и иди, — надменно хмыкнула мать. — Тебе без образования теперь только на панель.

Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула. С момента моего возвращения всё шло наперекосяк, и не только у меня. Словно все вокруг сговорились массово трепать друг другу нервы. Люди словно враз забыли, что такое доброта и поддержка, и ставили целью укусить друг друга побольнее.

— Я думаю пойти на курсы при швейной фабрике, видела, что там даже стипендию платят на время обучения, а потом сразу трудоустраивают... Я им вчера написала и резюме отправила. Завтра позвоню, если ответа не придёт.