Книга Воротиться нельзя влюбиться!, страница 14 – Ульяна Муратова

Всё-таки не верилось мне в реальность происходящего.

Разбудил меня стук. Не просто стук, а разъярённое грохотание. Продрав глаза, я спросонья не поняла, что происходит. За окном занимались сизые зимние сумерки, и в избушке было ещё темно, но очертания предметов уже можно было различить.

— Открывай, Яга! — прорычали снаружи.

Дверь ходуном ходила под напором незваного гостя, а я испуганно замерла на печке.

И что делать?

— Иди-иди! — глумливым шёпотом предложило зеркальце. — Открывай!

Я обхватила себя руками и в ужасе застыла, не в силах решиться ни на что.

Кто там? Недовольный свистун? Рановато… Очередной взбесившийся заказчик? Или, может, обещанный принц на белом коне?

Открывать или сделать вид, что никого дома нет? А если этот громила высадит дверь? Без двери зимой не выживешь, а её вон уже трясёт. Понятно теперь, почему она вся перекособоченная и искорёженная. Не первый раз, вероятно, к Яге ломятся обожатели.

Что же делать?

Ну и ушлый вы народ,

Ажно оторопь берёт!

Всяк другого мнит уродом,

Несмотря, что сам урод.

Бешеный стук в дверь не давал сосредоточиться. Мелькнула мысль отправить сначала на разведку мышку, но, судя по всему, дверь трижды вынесут, пока шпионка вернётся со сведениями. Да и потом, неужели Яга в своём доме хоть кого-то стала бы бояться?

Нет! Вот и я решила, что нечего тут по углам трусить. Нацепила серьёзный вид, подошла к двери и как заору:

— А ну хватит буянить, дверь мне вышибать! Открываю!

За дверью затихли. Я её открыла, скроила грозную моську и упёрла руки в бока.

На крыльце стояла кряжистая мужеподобная фигура.

Я завороженно уставилась на то, что предполагалось считать лицом. Вместо бровей — несколько тонких сухих веточек, вместо рта — дыра, на голове то ли шапка из мха, то ли мох вместо волос, по бокам ещё и пакля свисает. Вместо носа — острый обломок сучка, вместо одежды — береста, но пугает не это. Пугают глаза. Два провала, в которых кружится серый хоровод. Снежинки? Подхваченные ветром белые лепестки цветущих деревьев? Семена одуванчиков, влекомые по кругу? Осенняя карусель опавших листьев?

Глаза гипнотизируют. Лишают воли. Зовут за собой в самую непроглядную чащу.

Существо не издало ни звука, просто смотрело на меня, а я от страха растерялась. Что в такой ситуации полагается делать? Бежать или в обморок падать? В обморок падать жёстко, а бежать — некуда.

И главное — до нужника с утра не успела дойти, поэтому организм ещё предложил вариант описаться со страху. Я предложение отвергла и сделала очень злое лицо, что всегда куда проще даётся человеку с утренним балластом.

— Утро третьего дня, Яга, — проскрипело чудище.

— И тебе утра третьего дня! — с перепугу перешла я на «ты», но монстра это не смутило.

— Так я зайду? Или брезгуешь приглашать?

Я не просто брезговала, я от страха даже побрызгивала немного, но показать это чудищу отчего-то боялась ещё сильнее, чем самого чудища. Пока тлела надежда, что оно примет меня за свою и не тронет. Но если вдруг поймёт, что я не Яга… На этом жизнь моя и закончится. Уведёт меня оно с собой туда, где никто не найдёт.

Недрогнувшей рукой указала ему на единственное сидячее место в избе.

Чудовище проковыляло внутрь и село на табурет. Из-под воротника берестяной рубахи росли грибы, но, как говорится, у каждого свои недостатки. Визитёр положил ладони с узловатыми пальцами на стол и посмотрел на меня немигающим завораживающим взглядом.