Книга Ты мне очень нравишься. Но..., страница 210 – Вера Ковальчук

Но в тот момент, когда она поймала на себе взгляд мужа, ошеломлённый и жадный, первое, что пришло в голову: «Упс, я точно не перепутала, что с чем надевать?» Спустя миг собственная же память напомнила: вообще-то её одевала горничная. Причём это была младшая горничная императрицы (Туану должны были привезти только к вечеру), уж эта-то точно ничего не могла напутать. Она из Лары сделала настоящую куколку: златотканое светлое платье, украшенное драгоценной отделкой, кружева, украшения, изысканная причёска, созданная столь хитро, что казалось, будто волосы сами собой так легли, едва различимый макияж. Чудо!

Лара потупилась, но её сомнения оказались зряшными — муж кинулся к ней, словно, давно влюблённой, до полусмерти истомился в разлуке. Он и не думал чем-то попрекать её, наоборот — просил прощения. А потом, когда нёс на руках в их покои (и ведь откуда-то знал, где её поселили… наверное, это и есть покои младшего принца, его жену туда и засунули), лишь ласково, едва ощутимо прикасался губами к её волосам, дышал в макушку и, как ей казалось, улыбался.

О, не показалось! Когда супруг сгрузил жену на край постели, на его лице цвела довольная улыбка, почти что счастливая. Он снова нагнулся к ней и поднёс её пальцы к губам. Прижмурился, будто бы от удовольствия.

— Вам, наверное, надо помочь снять доспехи! — встрепенулась она.

— Тебе, — шепнул Эйтал. — Буду счастлив, если возьмёшься помочь. У нас считают: если супруга помогает мужу снимать доспехи, значит, в паре царит согласие.

— А может, ей просто не всё равно?

— Так это и значит, что в семье живёт гармония. — Мужчина улыбался, как кот, отпробовавший любимого лакомства и оставшийся совершенно довольным миром вокруг себя и своим местом в нём.

Лара вздохнула — провокационная ситуация. Но нельзя же, в самом деле, оставить мужа в доспехе. Потянулась и, гадая, как нужно распускать все эти ремешки, взялась за первый из них, на наплечнике. Провела пальцем, прикидывая, откуда и как следует его расстёгивать.

— Сперва наручи, — подсказал он. — Вот отсюда лучше браться.

— А-а… — Она повозилась, но справилась. — Вот так?

— Да, теперь можно снимать наплечники. Главное расстегнуть ремешки сзади. Те, что спереди, я смогу и сам.

— Я расстегну.

— Теперь снимается нагрудник. Он крепится на плечах и на боках. А потом расстёгиваются вот эти крепления, которые держат набедренники и пояс.

— А теперь?

— Наколенники. Не беспокойся, я смогу сам. Ну, а если сейчас ты поможешь мне стянуть кольчугу, я буду очень благодарен. Возьмись вот здесь, на плечах. Да, вот так. И просто крепко держи. — И ловко выбрался из кольчуги, словно ящерка из шкурки, зачем-то решившая её сохранить на память в целости.

Лара с уважением взвесила кольчугу в руках — серьёзно весит. Даже удивительно, как её муж умудряется таскать на себе и это, и ещё уйму дополнительного железа. Супруг же тем временем расстёгивал поддоспешник.

— Бросай её прямо на пол, — сказал он. — Зачем же держать.

— Мне было интересно рассмотреть.

— Да? — Он с недоумением посмотрел на кольчугу мелкого плетения, словно впервые видел её. — Ну, доспех хороший, он достался мне от дядьки со стороны матери… Тебе интересна тема доспехов?

— Мне, честно сказать, интересно всё, что я плохо знаю.