Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 67 – Кира Лин

По залу поползла сила. Я перегибала, но не могла остановиться. Она заслуживала гораздо худшего. Жар стелился по полу, воздух густел и переливался. Стало трудно дышать.

— Ты ответишь мне или стесняешься кого-то?

Грегори, сидевший рядом, приподнял вопросительно брови, глядя на Мари-Бэлль. Его определённо забавляла ситуация.

— Я тебя на куски разорву и скормлю собакам! — плюнула ядом Мари-Бэлль, долго копившимся в её мертвом сердце.

Оттолкнув Стюарта, она вцепилась руками в подлокотники. С такой силой, что дерево запищало и треснуло.

Я поднялась со своего места.

— Считаешь, этого будет достаточно?

— Для меня — вполне!

— Для тебя, — подчеркнула я и устало вздохнула. — Всё дело в твоём личной отношении ко мне, Мари-Бэлль, а эти двое, — я указала в сторону прикованных к стене, — всего лишь способ лишний раз пнуть, показав, что я тебе не ровня. Каждый из вас видит во мне ошибку… природы, угрозу своему существованию. И никто не считается с мнением. Моё слово в совете не имеет веса и влияния.

— Ты ошибаешься, — возмутилась Стефания.

Я поморщилась, не глядя на неё.

— Мы не о тебе сегодня говорим, Кира, — прошипела Мари-Бэлль. Взгляд её давил на мою кожу, словно пресс.

— Всё, что относится к смертным, касается и меня, Мари-Бэлль. Здесь я представляю интересы людей. Вы водите их за нос, клянётесь в дружелюбии, изображаете из себя безобидных созданий, в то же время представляя, как посасываете их кровь. Я устала принимать участие в этом.

Мари-Бэлль отошла от своего кресла, спустилась с пьедестала. Шлейф платья тащился следом, как сверкающий хвост. Выдав мне восхитительную улыбку, она направилась к осужденным, покачивая бёдрами и что-то мурлыкая под нос.

При виде неё, Изабелль воспрянула духом и бескостным движением встала с пола, будто её за ниточки подняли. Я догадывалась, что сейчас может произойти, и мне совершенно не хотелось этого видеть.

Мари-Бэлль, проходя мимо Эмили, остановилась, словно увидела любопытную вещицу в витрине магазина. Склоняя голову итак, и эдак, она разглядывала женщину, обнюхивала её.

Небрежно касалась руками, собирала тонкими когтистыми пальцами складки на платье.

— Мари-Бэлль, что ты задумала? — хмурясь, спросил Антонио. В голосе его послышались гневные нотки.

— Я хочу поиграть, — прошелестела она в ответ и взяла лицо женщины за подбородок длинным изогнутым ногтем.

Несчастную трясло от ужаса, глаза были расширены и полны непролитых слёз. Мари-Бэлль рассмеялась — радостно, звонко, хищно.

— Такие слабые, такие беззащитные. И что вы в них только находите, не понимаю… Стюарт? — она резко повернулась к своему любовнику. Он неотрывно глядел на неё с пустым выражением на лице. — Что ты нашёл в Кире⁈

Он сложил руки на животе и изящно пожал плечами.

— То, чего нет у тебя — душу, жизнь, тепло.

Что-то треснуло у меня в груди, я задержала дыхание. И медленно повернула голову. Стюарт ощутил мой взгляд — на миг опустил глаза, а потом посмотрел в упор.

Показалось, что между нами что-то промелькнуло — некое понимание, искра энергии. Стюарт как никогда выглядел живым, настоящим. Он играл с моим сознанием?

Я нахмурилась и отвернулась, не в силах избавиться от странного чувства. Щиты были на месте, так в чём же дело?

— Мы находим в человеческих женщинах то, чего нам не хватает, — согласился Роберт.