Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 66 – Кира Лин

Если не в моих силах помочь влюблённым, то какого чёрта я здесь делаю?

Один голос против семи…. Возможно, шести — Антонио если не поддержит, то воздержится от комментариев. Но в итоге расклад не изменится — я в меньшинстве.

Первой заговорила Стефания, вновь поднявшись из кресла.

— Не понимаю, что тут еще обсуждать⁈ Дело элементарное — виновны!

Антонио побарабанил пальцами по подлокотнику. От звука я вся покрылась гусиной кожей.

— Не будь так категорична, Стефания. Если учесть во внимание тот факт, что Роберт не ввёл свою возлюбленную в курс дела…. Виновен в преступлении лишь он один. Ты так не считаешь?

Стефания метнула голодный взгляд на Эмили. Я проследила глазами за ней. Женщина пришла в себя и подтянулась на цепях. Её запястья, изрезанные наручниками, кровоточили.

Красная влага медленно текла по рукам вниз.

— Да, но она нас видела.

— Мы что, вернулись в средневековье⁉ Люди давно в курсе нашего существования, Стефания. Если ты опасаешься нелестной славы, стереть из памяти Эмили эту ночь не составит труда.

Стефания открыла рот, но так и не нашлась, что сказать. Я мысленно поблагодарила Антонио. Мало, кто осмелится оспорить его слова, но и он может поддержать мнение большинства в некоторых случаях.

Вампирша опустилась в кресло с озадаченным видом. Каждый сидящий в зале следил за её движениями. Главную садистку совета заткнули!

— Кто ещё выскажется?

Со своего места поднялась Мари-Бэлль, держа Стюарта за руку. Эта крыса жадна до крови, но больше её заботил факт любви между человеком и вампиром.

Окажись я в подобной ситуации, в альтернативе, Мари-Бэлль разорвала бы мне глотку, а не Стюарту.

— Я считаю, наказать следует обоих, — звенящим голосом произнесла она, ледяные слова капали, как с сосульки. — Помиловав одного из них, мы не пресечём нарушения закона по данной статье.

— Сколько раз наказывали, а толку, — безразличным тоном сказал Грегори и закинул ногу на ногу.

Глаза Мари-Бэлль вспыхнули яростью. Стюарт крепко сжал её руку.

— Значит, недостаточно жестоко наказываем! Хотите, чтобы нас перестали бояться и уважать?

— Что же нам делать? Переубивать всех к чёртовой матери⁈— склонив голову набок, почти пропела Андреа.

— Ну почему же… Можно найти иное наказание!

— Какое? — не унималась Андреа.

Грегори, не моргая, глядел на Мари-Бэлль.

— Да, действительно. Какое? — я повернулась к Мари-Бэлль. — Что ты можешь предложить? Добиваться уважения путём причинения страданий и запугиваний — не лучший способ заслужить уважение. Ты можешь меня бить о стену головой, пока не вспотеешь, но ничего не добьёшься.

Алекс до боли сжал моё плечо. Сейчас начнётся!

— Как ты смеешь в суде… — раскатом грома разразился голос вампирши.

Стюарт одернул её и усадил на место. Она обеими руками схватила его за запястье.

— Я задала тебе всего лишь вопрос, Мари-Бэлль, — с милой улыбкой перебила я и сложила руки на коленях. — Мне ли тебе напоминать, что с легализацией вампиров мир изменился, а законы совета — нет. Как и сто лет назад, вы прячетесь под землей и думаете, что правите балом. Ничего подобного. Вас приравняли в правах с людьми, а вы продолжаете считать их своей пищей, дичью. Смирись, Мари-Бэлль. Твоё время прошло. Когда-нибудь твоя голова будет висеть над камином в доме какого-нибудь богатея.