Книга Непокорная жена для ректора, страница 47 – Ольга Кипренская

— Это новый аксессуар? — его голос потерял прежнюю игривость, в нём появились нотки настороженности. — Никогда не видел на тебе украшений.

Я инстинктивно резко опустила рукав, но было поздно.

Всё-таки гад мой муженёк, сделал браслет видимым. Такой незначительный жест, а жизнь мне усложнил.

Специально сделал, точно знаю! Показать, кто здесь главный.

— Просто учебный артефакт, — повторила я версию, которую выдвинула Лоре, отводя взгляд к окну, за которым темнело небо, подёрнутое тучами; в одном месте тучи разошлись, и в этом небольшом окошке поблёскивали звёзды. — Для концентрации. Ничего особенного.

Тень пробежала по его лицу. Он отставил свою чашку, и его пальцы сомкнулись вокруг моих — осторожно, но настойчиво.

— Он от него, да? — прошептал он, и в его голосе прозвучала не тревога, а что-то другое. Ревность? Обида? — Ректор даёт тебе особые задания и теперь вот это.

Тишина повисла между нами, густая, как недопитый кофе на дне чашки. Шум кофейни — смех, звон посуды, приглушённые разговоры — отступил, превратившись в далёкий гул.

— Генри... — я попыталась высвободить руку, но он не отпускал.

— Ты знаешь, что он не просто так уделяет тебе столько внимания, — он сжал мои пальцы чуть сильнее, не причиняя боли, но и не позволяя убежать. — Все в Академии шепчутся. Смотрят. Он никогда ни с кем так не занимался. Что он от тебя хочет, Алисия?

Я потянулась через стол другой рукой, как бы умоляя, случайно задев его ладонь. Тёплый, живой, настоящий. И не опасный.

— Не слушай сплетни. Они всегда приукрашивают.

— Тогда скажи мне правду. Посмотри на меня и скажи, что между вами ничего нет. Что это просто учёба и ничего больше.

Его прикосновение было тёплым. Настойчивым и в то же время деликатным. Совсем не таким, как у… Не важно. В его глазах плескалась неподдельная тревога и что-то ещё, от чего у меня перехватило дыхание.

— Между нами ничего нет, — выдохнула я и от всей души захотела, чтобы это было правдой. Хотя бы отчасти. — Он просто видит во мне потенциал. И пытается его раскрыть, чего бы мне это ни стоило. Считает, что моя проблема — в концентрации воли и управлении эмоциями.

Генри молчал несколько секунд, изучая моё лицо, ища в нём подтверждения или опровержения. Потом его взгляд снова упал на рукав, скрывающий браслет.

— Этот «потенциал» требует ношения украшений? — он наморщил лоб. — Или ректор боится, что ты совсем не умеешь себя контролировать, и поставил блокировку способностей? Я где-то видел похожий артефакт, но уже не помню где.

Сердце у меня упало. Он был так близок к истине, что стало страшно.

— Нет! — я наконец вырвала руку и откинулась на спинку стула, чувствуя, как по щекам разливается краска. — Это просто инструмент. Для контроля магии. Ничего более.

Мы смотрели друг на друга через стол, и напряжение между нами было почти осязаемым. Но это было иное напряжение — не то, что я чувствовала в кабинете Каэла. Никакого электричества, никаких странных ощущений.

Внезапно Генри глубоко вздохнул, и его лицо смягчилось. Он снова потянулся через стол, но на этот раз его рука легла поверх моей — легко, почти невесомо.

— Ладно. Прости. Я не хотел давить на тебя. Просто... — он запнулся, и на его скулах выступил лёгкий румянец. — Просто ты мне небезразлична, Алисия. И мне больно видеть, что ты несчастна.