Книга Брошенная снежная королева дракона, страница 135 – Юлий Люцифер

Как раз достаточно для решения.

Эйлера расскажет мне все.

Не потому, что внезапно прозреет.

Не потому, что испугается меня как снежную королеву в красивом платье.

И уж точно не потому, что я начну кричать, ломать мебель или бросать ей в лицо древние письма.

Нет.

Она расскажет, потому что женщины вроде нее ломаются не от прямого страха.

Они ломаются, когда вдруг понимают: их больше не считают особенными. Не считают незаменимыми. Не считают даже главной угрозой. Когда они оказываются не центром чужой боли, а всего лишь поздним слоем старой грязи.

А я уже увидела самое важное: Эйлера не хочет умереть пешкой.

Вот на этом и надо играть.

Я поднялась с постели, не дожидаясь Илины, и сама распахнула шторы. За окнами было серо-бело, низко, холодно. Двор дышал снегом. На дальнем мосту стража сменяла караул. Внизу уже шли кухонные тележки. Нормальное утро ненормального дома.

Хорошо.

Очень хорошо.

Когда Илина вошла, я уже стояла у стола и перебирала бумаги. На отдельной полоске я выписала три имени:

Ревна

Силья

Ранвик

Ниже — коротко:

лекарства

белье

маршруты

западное крыло

пепельный путь

И еще ниже:

что боится потерять Эйлера?

Илина, увидев меня уже одетой не в мягкое домашнее, а в строгое темное платье, даже не удивилась. Учится.

Хорошая девочка.

— Доброе утро, ваше величество.

— Смотря для кого, — ответила я.

— Морвейн уже здесь?

— Да. И… — она замялась.

— И?

— Король спрашивал, будете ли вы завтракать с ним.

Надо же.

Я подняла взгляд.

— Что именно он сказал?

— “Спросите королеву, собирается ли она сегодня есть как человек или опять только пить злость”.

Я замерла.

Потом невольно усмехнулась.

Очень на него похоже.

Настолько, что даже неприятно.

— Передай: сегодня я намерена делать и то и другое.

Илина чуть заметно улыбнулась и кивнула.

Морвейн вошла через минуту. Как всегда собранная, как всегда безупречно тихая, как всегда похожая на женщину, которая спит не больше льда в статуе.

— Что у нас? — спросила я.

— Эйлера всю ночь не принимала никого, кроме Сильи.

Ревна ушла незадолго до рассвета через старый коридор у нижней музыкальной лестницы.

Ранвик так и не появился.

Каэл просит встречи до полудня: он разобрал часть пепельной карты.

Король с раннего утра уже дважды отправлял людей в западное крыло.

Официально — проверка после покушения.

Неофициально — ищет след Ревны.

— Хорошо.

А теперь плохое.

Морвейн без всякой паузы ответила:

— Эйлера тоже ищет.

Силья успела до света отнести записку в старую лекарскую кладовую.

Перехватить не удалось, но маршрут подтвержден.

И еще: на кухнях пошел новый слух.

— Какой?

— Что после зимнего сада король спит не у себя.

Я прикрыла глаза.

— Боже.

— Да, — сухо согласилась Морвейн. — И если верить кухне, дальше версии расходятся: кто-то считает, что он вообще не спит, кто-то — что охраняет вас сам, кто-то — что это знак возвращения истинной пары.

— Прекрасно.

Народ творчески развивается.

— Хотите опровержение?

Я посмотрела на нее внимательно.

— Нет.

Но и подтверждения им тоже не давать.

Пусть живут в неопределенности.

Она полезнее.

— Поняла.

Я подошла к окну.

— Сегодня я сама пойду к Эйлере.

— Открыто?

— Да.

— С охраной?

— Нет.

Морвейн промолчала секунду.

— Это риск.

— Это необходимость.

Если я приду с охраной, она включит роль униженной женщины, на которую давит законная королева.