Книга Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище, страница 25 – Юлий Люцифер

А потом произошло нечто хуже всего, что я могла себе представить.

Под кожей его руки вспыхнули те самые темные линии — но уже не как трещины, а как живая раскаленная сеть. Они побежали вверх по запястью, к шее, к виску. Воздух вокруг него дрогнул. Мужчина в маске захрипел, задергался — и в следующий миг его отбросило на несколько шагов, словно ударом невидимой силы.

Я не поняла, использовал ли Рейнар магию, силу проклятия или что-то еще более страшное.

Но одно поняла ясно:

слухи лгали.

Он не был человеком, который иногда кажется чудовищем.

Он был чудовищем, которое изо всех сил держало человеческий облик.

И все же…

Он защищал карету.

Защищал меня.

Словно почувствовав взгляд, он резко повернул голову.

Даже на расстоянии я увидела, как вспыхнули его глаза.

Он смотрел прямо в окно.

Прямо на меня.

И в этом взгляде было столько холодной ярости, что я машинально отшатнулась от щели.

Через секунду дверца кареты распахнулась.

Я даже вскрикнуть не успела.

Рейнар влетел внутрь, захлопнул дверцу за собой и на мгновение заполнил собой все пространство. Холодный ночной воздух, запах крови, дыма и раскаленного металла ворвались вместе с ним. Мира пискнула и вжалась в сиденье так, будто надеялась слиться с обивкой.

Я смотрела на него во все глаза.

Он был ранен.

Ничего смертельного, насколько я могла понять, но по виску текла кровь, на вороте рубашки темнело пятно, а дыхание стало чуть тяжелее. И главное — проклятие. Оно не исчезло. Темные огненные линии все еще тлели под кожей шеи и уходили ниже, под расстегнутый ворот. Жутко. Красиво. Неправильно.

— Я ведь сказал оставаться внутри, — произнес он.

Голос был ниже обычного. Хриплее. Будто сквозь него проступало что-то другое.

— Я и оставалась внутри, — ответила я. — Внутри кареты, а не с зажмуренными глазами.

Он замер, глядя на меня.

Слишком долго.

Потом опустил взгляд ниже — на мои руки, на лицо, будто проверял, не ранена ли я.

— Вы целы, — сказал он уже тише.

— Пока да. А вы?

— Это неважно.

— Для вас, может быть. Для меня в этой карете вы единственный вооруженный аргумент в пользу выживания.

Мира рядом тихо застонала, как человек, которому уже физически больно от моих реплик.

Но Рейнар отреагировал не так, как я ждала.

На мгновение в его лице мелькнуло что-то почти… усталое. Как будто за последние минуты он слишком близко подошел к той грани, за которой снова становится только чудовищем, и теперь с усилием возвращался назад.

Он сел напротив, но не до конца. Словно был готов в любой момент снова рвануть наружу.

— Нападавших было шестеро, — сказал он. — Двоих взяли живыми. Остальные мертвы.

— Кто они?

— Пока не знаю.

— Все у вас пока не знаю.

— Вас это удивляет?

— Уже начинает раздражать.

Он коротко кивнул, будто признавал мое право на раздражение.

Потом карета тронулась снова.

Точнее — не тронулась, а рванула вперед так, словно кучер сам хотел убраться отсюда как можно дальше. Снаружи застучали копыта. Колеса подпрыгнули на кочке. Мы снова поехали.

Но Рейнар не выходил.

И это было плохим знаком.

— Все настолько серьезно? — спросила я.

— Да.

— Тогда рассказывайте.

Он медленно поднял голову.

— Приказ?

— Просьба, — сказала я. — Настойчивая. Логичная. И, с учетом обстоятельств, заслуженная.

Он перевел взгляд на Миру.