Книга Травница и витязь, страница 63 – Виктория Богачева

Первым делом он шагнул к Крутояру, и тот открыл глаза, решив, что довольно таиться. Вернувшийся вместе с Вячко щенок подбежал следом и уселся княжичу под бок.

— Как здесь? Все тихо? — спросил, окинув беглым взглядом сторожку.

Снаружи медленно вставало солнце, и серые предрассветные сумерки уже почти растворились в ясном, голубом небе.

Пересилив себя, Крутояр кивнул. Меньше всего хотелось ему валяться жалкой размазней.

— Верхом быстрее доберемся. Но прежде нам бы их разговорить, — короткий кивок на пленных. — Выведать, что замышляет их хозяин.

— С собой их не забрать... — задумчиво протянул княжич.

Пленники станут для них обузой и замедлят, а им по-прежнему следовало спешить. Правильно было бы их убить, но... отец учил, что тот, кто приговаривает, должен заносить меч. Крутояр еще ни разу никого не казнил. И, тем паче, не убивал безоружных.

Поглядев на него, Вячко ничего не сказал. Подошел к пленникам и ловко отвязал главаря и подтащил его поближе к княжичу, бросив перед ним на колени. Собрав остатки сил, Крутояр подтянулся и выпрямился.

Возле него сидел обычный мужик. В добротной, теплой одежде, в хороших сапогах, с широким воинским поясом. Верно, он нравился женщинам — был красив, пока не избили.

Крутояр набрал в грудь воздуха, припомнив, как допрашивал плененных врагов отец. Покосился на Вячко: тот не вмешивался, терпеливо стоял рядом с мужиком и ждал.

— Как твое имя?

Тот сплюнул кровью — не под ночи княжичу, но близко, очень близко. Увидав, Вячко встряхнул его за шкирку, но Крутояр поднял на него взгляд и едва заметно качнул головой. Затем вновь посмотрел на довольно осклабившегося мужика.

— Я вправе тебя убить, — сказал глухо.

Голос немного дрожал, и он старался говорить тише, чтобы ничем себя не выдать.

— Ты служишь наместнику Велемиру, а тот поднял руку против своего княжича. И против своего князя.

— Не ведаю ни про каких князей да княжичей, — мужик обнажил в усмешке щербатый рот. — Нам велено было схватить двух беглецов. Остальное — не моя печаль.

— Будет твоей, когда я сниму тебе голову, — мрачно посулил Крутояр. — Давно ты служишь наместнику?

Пленник впервые призадумался. Почесал затылок и неуверенно пожал плечами.

— С весны, поди.

Давно...

— Что делал для него?

— Всякое, — и вновь главарь сверкнул дыркой меж зубов. — Подсоблял то тут, то там.

— В чем?

— В разном.

Кажется, мужик забавлялся. Смотрел на сосунка — как он мыслил — и не боялся его. Заскрипев зубами, Крутояр поглядел на повязки. Боль поутихла, но лишь потому, что он старался не тревожить раненый бок.

— Подсоби встать, — смирив себя, попросил Вячко, и тот после недолгого колебания протянул руку.

Крутояр едва не взвыл, оказавшись на ногах. Пошатнулся и уцепился за плечо кметя.

— Выволоки этих двоих наружу.

— Что ты задумал, княжич? — спросил Вячко, понизив голос.

— Он не боится меня, — усмехнулся Крутояр. — И ничего не скажет.

— Мы можем связать их и оставить здесь. Или взять одного с собой...

— Нет, — он мотнул головой. — Не можем, ты и сам ведаешь.

Взгляд Вячко дрогнул, и он свел на переносице брови. Он догадывался, что замыслил его воспитанник.

— Скажи... скажи, коли нужно... я сделаю.

«Заместо тебя» — так и не прозвучало, оба понимали, о чем речь.

Поджав губы, Крутояр стыло отозвался.