Книга Разрешение на измену, страница 19 – Валерия Бероева, Ольга Гольдфайн

Соня скинула лоферы, оставила чемодан в прихожей, прошла на кухню и открыла холодильник.

— Есть холодная минералка? Умираю, пить хочу…

Достала бутылку Эвиан, скрутила пробку и начала пить из горлышка.

Меня всегда поражала в Соньке её бесцеремонность и порой шокирующее поведение при внешнем облике гламурной красотки и светской львицы.

У неё был вкус. Она умело подчёркивать достоинства и скрывать недостатки. Нести себя в мир с высоко поднятой головой. При этом окружающие уступали ей дорогу, отдавали без просьб самое ценное, мужчины преклоняли колени, женщины ненавидели.

С детства она придерживалась внутренней установки: «Я — принцесса, остальные — челядь и обслуживающий персонал».

Соня умела подать себя в выгодном свете. Это уже потом обнаруживался махровый эгоизм и нежелание делить горести и печали со спутником.

А поначалу принцы очень даже охотно шли на сближение. Думали, что поймали золотую рыбку, а по факту заполучили алчную пиранью.

Собрав от новых отношений весь профит в виде подарков, путешествий и денежных вливаний, Соня первая бросала любовников, без объяснений и разговоров.

Парни терялись в догадках, что они сделали не так.

А Соня окуналась с головой в новую сказку с богатым принцем.

Она и за известного хоккеиста замуж вышла только из-за фамилии. Очень уж хотелось стать Софией Невской.

Теперь же новая высота: возможность уехать за границу и выйти замуж за иностранца.

Там при разводе жена получает довольно большое содержание. Да и гонорары у игроков в хоккей на порядок выше, чем у её теперешнего мужа.

Недаром она два года английский учила, будучи в школе абсолютно равнодушной к любым знаниям.

Когда мама позвонила, я примерно понимала, что произошло в жизни сестры. Поэтому и не хотела лезть во всю эту историю.

— Ир, ты чего такая грустная? — Соня вернула меня в реальность.

— Да так. Небольшие семейные проблемы. Ужинать будешь? — постаралась сменить тему разговора.

Сонька плюхнулась на стул и соблаговолила потрапезничать:

— Давай. Что там у тебя есть?

— Отбивная из индейки, тыква с кабачком, салат, — перечислила всё, что осталось.

— Мне только отбивную.

Я положила индейку на тарелку и отправила в микроволновку, её было нужно подогреть.

И тут мне в спину прилетел мощный "удар".

— Раменский, что ли, загулял? — ухмыльнулась сестра.

У меня затряслись руки, кровь отхлынула от лица, голова закружилась. Я медленно повернулась в сторону Сони.

— Откуда ты знаешь? — тихо прохрипела, потеряв голос.

— А чего тут знать? Посмотри на него, и на себя. Сколько вы женаты? Десять, двадцать лет?

— Шестнадцать, — едва не села мимо стула,ноги не держали.

— Столько не живут. В смысле, не живут в браке. Естественно, что ты ему надоела, нашел молодую и красивую. Как я, например.

Соня посмотрела на своё отражение в стеклянной дверце шкафчика с посудой, поправила волосы, облизала губы, добавив им блеска.

— Тебе не кажется, что ты сейчас меня унижаешь? — обида с новой силой сжала моё истерзанное сердце.

Сестра шокировано выпучила глаза:

— Я тебя унижаю? Это ты сама себя унижаешь: с вашими «бабками» могла бы и морду себе сделать шикарную — филлеры, гиалуронка, аппаратная косметология, пластика, и дизайнерских вещей накупить, и фигуру в порядок привести — тренажёрка, бассейн, нутрицевт.