Книга Украсть сердце Тирана, страница 83 – Ольга Гольдфайн, Валерия Бероева

Всё, надо завязывать с левыми бабами. Веры мне за глаза хватит, да и рисковать семьёй я не стану.

У Вербицкой теперь в руке моё изрезанное сердце, шутить с ней не стоит. Как спасла, так и на тот свет отправит. Разозлится и сожмёт в кулаке — тут же на кладбище одним клиентом станет больше.

Я верил, что Вера любит меня. Иначе зачем это всё?..

Когда выписали из больницы, я забрал Веру от матери и увёз в свой дом. Майя Александровна и Ольга Леонидовна встретили нас с распростёртыми объятиями.

Эти две наседки кудахтали вокруг беременной Веры и уже планировали, как будут баловать моего сына. Чувствую, в няньках недостатка не будет.

Вечером не мог дождаться, когда уйдём в спальню и останемся наедине.

Я хотел Вербицкую до зубовного скрежета. Вспоминал, какая она горячая, отзывчивая и покорная. Мечтал взять сзади, бережно и осторожно поглаживая живот. Трогать пополневшую грудь, теребить потемневшие соски, шептать на ухо всякие пошлости.

Даже мысли не допускал, что Вера может заартачиться, но невеста охладила мой пыл.

Когда я стал нетерпеливо освобождать её от одежды, Вербицкая вдруг стала сопротивляться:

— Руслан, не надо! Пожалуйста! Давай не будем!

Если раньше я плевать бы хотел на её желания, то теперь остановился и растерянно спросил:

— Тебе врач запретил? Или не хочешь?

— Не в этом дело. Тебе пока нельзя. Секс — это серьёзная нагрузка на сердечно-сосудистую систему, ещё мало времени прошло после операции. Давай подождём.

Я разозлился. И на себя, и на неё.

Она совсем инвалида решила из меня сделать?

— Веррра, не пори чушь! Давай, детка, снимай с себя сбрую и немного полетаем.

Старался быть ласковым, насколько мог. Но хотелось, конечно, другого.

И Вера это прекрасно знала, потому и противилась.

— Руслан, только если очень аккуратно и медленно. Не уверена, что ребёнку это понравится, — нашла она железный аргумент.

— Разумеется, тихонечко. Давай, малышка, хочу тебя всю, от макушки до пяток.

И это было правдой.

В ту ночь я понял разницу между «заниматься любовью» и «трахаться».

Любил Веру не спеша, нежно, осторожно. Придерживал одной рукой её круглый живот, второй — грудь, и с наслаждением входил в узкое лоно.

Она стонала и кусала губы, дрожала и просила ещё.

Но я моментально остановился, когда почувствовал под рукой шевеление.

— Вера, это что? — быстро включил ночник и показал ей на бугорок, появившийся на животе.

— Наверное, нога твоего сына. Пяточка. Аккуратно надави, и он её спрячет, — пояснила и улыбнулась.

Я положил руку и пощекотал пальцем «привет» от своего наследника. Малыш убрал пятку, а у меня в груди взорвалась самая настоящая бомба.

Млять, это непередаваемое ощущение, когда ты чувствуешь своего ещё нерожденного ребёнка.

Женщина даёт ему кровь и плоть, растит внутри себя нового человека, продолжение вас двоих.

Ты, мудак, всего лишь кончил и получил удовольствие от процесса, а она девять месяцев жертвует собой, испытывает дискомфорт и переживает перестройку тела.

Уроды те, кто не понимает, насколько трудно выносить ребёнка. К счастью, я понимал.

Задача мужчины — защищать, заботиться, любить, хранить верность.

Если с первым и вторым я знал, что справлюсь, то вот с любовью и верностью были проблемы.

Любил ли я до встречи с Вербицкой Викторию? Пожалуй, нет. Скорее, был влюблён.