Книга Лекарство от измен, страница 41 – Ольга Гольдфайн

Перебегаю дорогу, уворачиваясь от сигналящих машин. Какой-то мужик опускает окно и обкладывает меня трёхэтажным матом. Согласна, заслужила, но искать переход у меня нет времени.

В ТЦ поднимаюсь на эскалаторах на самый верхний этаж. Забегаю в бутик женского белья и прошу девочку продавщицу дать мне позвонить.

— Пожалуйста, всего на пару минут. Мне срочно нужно позвонить мужу!

Она протягивает телефон, глядя в мои испуганные глаза. Я обхожу прилавок и приседаю, чтобы меня не было видно через стекло витрины.

Набираю номер Марка, который он заставил меня вызубрить наизусть. Я-то думала Крайнов издевается, а вон оно как оказалось…

Трубку берут после первого гудка:

— Да, Ника, слушаю.

— Марк, за мной пришли в универ. Мужчина представился сотрудником СК. Я сбежала, сейчас в торговом центре «Эскада» на четвёртом этаже в отделе нижнего белья. Мне продавщица дала телефон позвонить.

— Понял, скоро буду. Передай ей трубку.

Протягиваю телефон владелице. Девушка осторожно подносит его к уху:

— Слушаю. Юля. Да, да, я поняла. Хорошо. Конечно.

Что там говорил Крайнов, мне было неслышно, но Юля стала чётко выполнять его распоряжения.

— Ника, пойдёмте в подсобку, я спрячу вас в коробку до приезда мужа. Отдел закрою на перерыв и уйду в соседний. Вы пока посидите тихо.

Благодарно киваю.

В подсобном помещении Юля быстро перекидывает товар из большой коробки в упаковки поменьше. Я забираюсь внутрь и сворачиваюсь улиткой. Может это и лишнее, но лучше перестраховаться. Неизвестно, сколько человек бросилось меня искать.

— Я коробку закрою, вам будет чем дышать. Сверху несколько небольших пустых коробок поставлю. Хорошо?

— Молча киваю. Зубы стучат, адреналин шарашит, руки и ноги трясутся. Закрываю глаза и стараюсь представить себя семилетней. Вспоминаю, как мы с ребятами играли в прятки и я сидела в шкафу.

Твержу про себя как мантру: «Мне не страшно! Мне совсем не страшно!»

Надеюсь, Крайнов найдёт меня первый. Не хотелось бы попасть в руки уголовников, имеющих претензии к господину адвокату…

Не знаю, сколько проходит времени. Эта скалярная величина в замкнутом картонном пространстве изменила свои свойства. Когда я слышу голос мужа, мне кажется, что прошли сутки, не меньше.

— Ника, ты здесь?

Руки и ноги затекли в неудобном положении. Мне кажется, что самостоятельно ни за что не вылезти из заточения.

Отвечаю тихо. Боюсь, что меня ещё кто-нибудь услышит:

— Марк, я здесь!

Крайнов быстро убирает нагромождение на моём картонном ящике. Жмурю глаза от яркого света, когда муж открывает коробку.

Он протягивает руки, бережно подсовывает их под меня и поднимает:

— Смелая моя девочка! Я так тобой горжусь! Испугалась, малышка? Всё хорошо, моё сокровище. Его поймали. Больше нам ничего не угрожает.

Марк прижимает меня к себе и выносит из помещения. Обхватив его руками за шею, начинаю громко и некрасиво реветь.

Накопившееся напряжение и гормоны стресса выплёскиваются бабской истерикой.

Муж целует мои мокрые глаза и щёки, проходит мимо прибежавших с ним охранников и идёт к лифту.

— Может, я сама пойду? — спрашиваю сквозь всхлипы.

— Своя ноша не тянет. Тем более, такая ценная, — улыбается муж.

У меня в груди расцветает огненный цветок. Горячий и чувственный, закалённый болью и страхом, напитанный благодарностью и восхищением.