Книга Последнее тепло - во мне, страница 83 – Лина Таб

— И все-таки, у нас есть первостепенная цель. И я должна в первую очередь думать об этом, — даю понять, что в ситуации со мной, первое место занимает мое положение как последней светлой, — и если меня загонят в ловушку, из которой я не увижу больше приемлемого для себя выхода, я предпочту дать умереть всем, не только себе. Это эгоистично, в особенности к моим друзьям, к тебе, даже к ректору, но темные совершили слишком много неправильных шагов и я могу позволить сделать им только еще один. И этот шаг станет последним уже без права на исправление. И подумай еще раз Рилье, если ты со мной, то должен будешь позволить мне уйти, если так сложатся обстоятельства.

Я говорю серьезно, каждое слово дается с трудом, оседая грузом на плечах. Но я уверена в своих словах, проанализировав то, к чему шла Селла, ее отношение к сложившейся ситуации и сопоставив это с собственными представлениями о правильности. Если выбора не оставят, если желание все исправить будет пустым, то я не оставлю больше шанса никому.

Но сейчас мне важно, чтобы Делоро меня понял и принял. Я хочу знать, что он отпустит меня, позволит сделать правильный выбор.

— Я даю тебе слово, Селла, если твоя смерть будет единственным выходом, если спасать уже будет нечего, то я не буду препятствовать тебе.

Делоро говорит прерывисто, даже резко, но он честен. Его обещанию я могу верить, я чувствую это.

Еще несколько долгих секунд я всматриваюсь в лицо напротив. Отмечаю для себя короткие, но темные ресницы, морщинки в уголках глаз, перевожу взгляд на нос, некогда явно прямой. Вижу, как по краям шрама здоровая кожа испещрена микро шрамами, делая контур менее ровным. Рассматриваю очерченные скулы и широкий подбородок, на котором никогда не замечала даже щетины и губы, верхняя имеющая более четкий контур, более тонкая и нижняя, менее очерченная, с красивой естественной пухлостью. И сам он, настолько большой, с заметными рельефами мышц, проступающих сквозь одежду, что чувствую себя рядом с ним Дюймовочкой. При этом, эти размеры не пугают как раньше. Они манят. Мне хочется завернуться в него, хочется укрыться и я уверена, он мог бы.

Поэтому, я запускаю пальцы в его аккуратно уложенные немного удлиненные волосы, царапнув кожу головы, спустившись подушечками пальцев на коротко выбритый затылок и следом подавшись вперед, я касаюсь его губ своими.

Короткий выдох и Рилье сам распахивает свои губы, давая мне доступ, не отталкивая, а напротив, бережно притягивая меня к себе, массируя затылок и поглаживая спину. Его губы мягкие, немного сухие и шершавые, но настолько горячие и желанные, что я с трудом держусь, чтобы не утонуть в этих ощущениях. Хотя хочется. Безумно хочется, ведь целует он невероятно сладко. Не напирает, действует скорее деликатно, осторожно и в тоже время, чувственно.

Делоро первый отстраняется, смотря на меня тягучим взглядом, и первым отводит взгляд. Коротко целует висок и прижимает мою голову к себе ближе так, что щекой я чувствую его твердую челюсть.

Он ничего не говорит, только прижимает к себе и словно транслирует свое отношение ко мне. Трепетное, нежное, отчаянное.

— Вы не поверите! — с такими словами в комнату влетел Марко, который только что вернулся с каникул из дома.

— Что случилось? — спрашиваю настороженно, ведь я как никто другой жду ответного хода от Нормана. Хочу понять, что он делает, что предпримет, ведь с момента моего обличия прошло уже две недели. Второй курс позади, как и небольшие каникулы, которые мы с Филом провели в стенах академии.