Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 118 – Виктория Богачева

— Я тоже хочу стать поверенным, как вы, — ободрённый моим интересом, мальчишка разоткровенничался. — Мама говорит, это благородное занятие.

С трудом я удержал кривую усмешку.

— Прежде хорошо подумай, — посоветовал я. — Быть благородным — не всегда хорошо.

— Правда? — Кирилл захлопал глазами.

— Правда.

Задумавшись, он смешно почесал нос.

Хорош из меня советчик для ребёнка, конечно.

— А вы поэтому несчастный? Потому что благородный? — склонив на бок голову, племянник разглядывал меня с неиссякаемым интересом.

Какие, однако, вольные нравы царят в семье моей сестры. И как мало я знаю об Анне и том, как они живут.

— Нет, не поэтому, — я покачал головой.

— Мама говорит, — снова завёл Кирилл, — что я не должен становиться поверенным. Что вам это счастья не принесло. А это правда? — пытливо спросил он.

— Я не знаю.

И вдруг я понял, что ответил совершенно искренне. Я любил то, что делаю. Я горел своей работой. Я тратил на неё добрую часть дня, но...

Испытывал ли я счастье?

Удовлетворение — да. Гордость — определённо.

Но счастье?

Я попытался вспомнить, когда в последний раз чувствовал что-то, похожее на счастье. И — вопреки ожиданиям — смог. А вспомнив, посмотрел на племянника и подмигнул ему, к неприкрытому восторгу мальчишки.

Кажется, я кое-что понял.

Вера

Как отыскать в Москве Кузнецова Бориса Никифоровича, я понятия не имела. Поговорила с Николаем Субботиным, и он рассеянно захлопал ресницами и развёл руками. Единого архива не существовало, систематизации записей не было. Вот и все поиски.

Я даже думала обратиться к своим хитровским знакомым. Правда, давненько я не слышала ничего ни о Барине, ни об Артисте. А как сменила доходный дом и переехала в новую квартиру, так и вовсе не представляла, смогу ли с ними связаться сама. Но вероятность добиться от них помощи была выше всего, ведь если судить по рассказу Дмитрия Фёдоровича, внебрачный сынок Марфы Матвеевны человеком был плохим. Возможно, хитровские разбойники о нём что-то и слышали.

А ещё он, кажется, убил Веру.

И я должна быть очень, очень осторожной.

Но оказалось, что нанять охрану одинокой незамужней женщине — дело такое же непростое.

— Кого подыскать вам, Вера Дмитриевна?

Вот и Александра — моя личная помощница — смотрела на меня с удивлением.

Высокая, тонкая, с русыми гладко зачёсанными волосами, собранными в скромный узел, она напоминала скорее гимназистку, чем взрослую девушку. Глаза её были серые, внимательные, и в них светилось упорство. Это меня и привлекло во время нашей первой встречи.

Александра происходила из семьи мелкого чиновника; отца её, как я узнала, не стало в прошлом году, и все заботы о матери и двух младших братьях легли на её плечи. Она окончила женскую гимназию, умела писать скорописью, быстро считать и обладала редкой дисциплиной, что рождается не из благополучия, а из необходимости держаться, чтобы не дать семье пропасть.

Кроме того, она не боялась работы, и ей очень нужны были деньги, так что Александру не смущали необычные поручения и задачи. Да и ее история меня очень тронула. Я вспомнила первые недели в этом мире, свои бесконечные прогулки пешком, бедный гардероб Веры, жалкие гроши в кармане...

В общем, я предложила ей должность своей личной помощницы и по прошествии уже нескольких недель была довольна, как она справлялась с обязанностями.