Книга Оранжевое Лето, страница 246 – Валерия Стругова

— Ия... — выдохнул он, и я поняла, что впервые в жизни, моё имя кажется мне красивым.

Быстро он перехватил мою руку, обхватив запястье длинными пальцами. Его глаза распахнулись — теперь в них не было золота, только бездонная чернота расширенных зрачков. Он прижал мою ладонь к своим губам, целуя внутреннюю сторону запястья там, где неистово бился пульс.

— Моя очередь, — произнёс он бархатным голосом.

Не успела я осознать, что происходит, как он поднял мои руки над головой. В его взгляде читалась решимость, граничащая с одержимостью. Я почувствовала, как по телу пробежала новая волна возбуждения — острая, болезненная.

Он склонился к моей шее, вдыхая запах, а затем провёл языком вдоль ключицы. Медленно, властно, с абсолютной уверенностью в каждом движении. Его свободная рука скользнула по моему боку, очерчивая контур бедра, поднимаясь выше, к груди.

Я выгнулась навстречу его прикосновениям, но он легко удерживал меня, не позволяя перехватить инициативу. В этот момент он полностью доминировал, и я обнаружила, что в восторге от подобного.

— Сейчас ты будешь только принимать, — прошептал он мне на ухо, слегка прикусив мочку. — Позволь показать, что я чувствую.

Его губы начали медленное, мучительно сладкое путешествие по моему телу. Он исследовал каждый изгиб, каждую впадинку, каждый сантиметр кожи, словно хотел запомнить меня на уровне прикосновений. Время растянулось, потеряло всякий смысл. Существовали только его обжигающие губы, его руки, его дыхание на моей коже.

— Моя восхитительная белочка.

Когда его рот нашёл мой сосок, вся реальность поплыла перед глазами от острой вспышки удовольствия. Это было невыносимо.

— Больше не могу, — выдохнула я.

Валтер поднял голову, его глаза встретились с моими.

— Я не уверен, что... — начал он, и в его голосе мелькнула уязвимость. — Мы разные...

— Пожалуйста, — прошептала я, обхватывая его бёдра ногами, притягивая ближе.

Он замер, нависая надо мной, его тело напряглось, словно перед прыжком. Я чувствовала, как он весь дрожит.

— Иди ко мне, — позвала я, проводя ладонями по его груди. — Не бойся.

Валтер медленно опустился, позволяя мне направить его. Был момент сопротивления, а затем он вошёл — горячий, твёрдый, заполняющий меня полностью. Я не была невинной, но никогда раньше не чувствовала себя так, словно тело плавится, словно каждый нерв раскалён добела.

Он и правда не был человеком, и его тело, его жар, его сила — всё было иным, более интенсивным, более глубоким. Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как меня накрывает волна ошеломляющего горячего удовольствия. В одну секунду меня бросило в жар, затем в холод и снова в жар.

Валтер замер, давая мне время привыкнуть к этим невероятным и одновременно пугающим ощущениям, его глаза не отрывались от моего лица, ловя каждую реакцию. Я видела, каких усилий ему стоит сдерживаться, как напряжены все мышцы его тела.

— Я в порядке, — прошептала я, обнимая его крепче.

Он начал двигаться — сначала медленно, осторожно. Но затем, видя моё наслаждение, мои ответные движения, стал более уверенным, более страстным. Мы нашли общий ритм, двигаясь как единое целое, словно наши тела всегда знали этот танец.

С каждым его толчком во мне нарастала волна удовольствия, всё более высокая, более мощная. Я чувствовала, как его кожа становится ещё горячее, как меняется его дыхание.