Книга Затерянные во времени. ДНК из прошлого, страница 110 – Светлана Малеёнок

Крышка капсулы скользнула в сторону с тихим шипением. Я выбралась — осторожно, будто пробуя новый мир на ощупь. Ноги дрожали, но не от слабости. От избытка силы. Каждая мышца гудела, как натянутая струна.

Я сделала шаг — и услышала.

Не звуки. Мысли.

Где‑то за стеной мужчина думал о воде. «Пить… пить…» — его сознание пульсировало, как рана. Потом другой мужской голос запросил пить, и еще один, и еще…

«Они… какие они все громкие», — я закрыла уши, но это не помогло. Мысли проникали сквозь кожу, сквозь кости, сквозь саму суть меня.

Я попыталась абстрагироваться от своих невероятно обострившихся ощущений. Друзья! Да, нужно узнать, где они и что стало с ними! Я сосредоточилась, думая о них всех, но в голове послышался какой-то слабый треск, а в висках болезненно запульсировало. Тогда я начала думать о каждом из них отдельно.

Тень! — именно о нем я подумала в первую очередь.

Его сознание вспыхнуло перед глазами: жар, пот, тяжесть камня в руках. Он тащил глыбу — одну из сотен, выстроившихся в ряд. Вокруг — такие же измученные фигуры. Солнце палило, воздух дрожал. Я почувствовала его усталость, его злость, его упрямое «я все равно сбегу». Его сознание — тёмное, сжатое, как пружина. Он не думал о жаре, не думал о камне. Он думал о побеге.

Игорь!

Его мысли — как рваные обрывки: «Не упасть… не упасть… дышать… Я не хочу, чтобы мною управляли!» Я увидела его глазами: шеренги людей, каменные блоки, тени надсмотрщиков.

Йарг.

И он там. Йарг был здоров! Ануннаки вылечили его! Но этот абориген почему-то думал о красоте камня, который он нес, о диковинной вязи тонких золотых нитей в нем, и мечтал занести этот камень на самую вершину пирамиды!

Почему-то аборигены слабее. Их сознание слабее и так легко подчиняется воздействию извне. Но почему тогда Тень… Я умышленно прервала поток своих мыслей, не безосновательно предполагая, что они тоже могут стать известны хозяевам этих нефритовых хором! А пока… пока нужно найти девушек. Не могли же и их отправить таскать камни?

Милана! Югель!

Я искала их — отчаянно, методично, прочёсывая мысленные волны, как рыбак рыболовные сети.

Тишина.

Ни образа, ни отголоска, ни намёка на их присутствие. Как будто их просто… нет.

Сердце сжалось.

«Они мертвы?» — мысль ударила, как нож.

Но я заставила себя выдохнуть.

«Нет. Они живы. Просто… без сознания. Или, где‑то, где я не могу их достать».

Я повторила это, как заклинание. Они живы.

Двери зала раздвинулись без звука.

Она вошла — высокая, в полтора раза выше меня. Её кожа отливала перламутром, будто покрытая мельчайшей чешуёй, которая перетекала оттенками от серебристого до глубокого лилового. Глаза — огромные, раскосые, чёрные, как бездонные колодцы. В них не было зрачков, только бесконечная тьма, в которой, казалось, кружились звёзды.

Она остановилась в нескольких шагах. Я почувствовала её разум — холодный, чёткий, как лезвие.

— Ты проснулась, — её голос прозвучал не в ушах, а внутри меня. Слова не были словами — они были образами, геометрическими фигурами, музыкальными интервалами.

Я хотела ответить, но она уже знала мой вопрос.

— Они живы. Но ты нужна не им.

Её мысль была спокойной, без жалости, без злости — просто факт.

— У тебя есть другая миссия.

Она протянула руку — ладонь широкая, с длинными пальцами, кончики которых светились бледно‑голубым.