Книга Мои драконы. Император, князь и я, страница 21 – Татьяна Демидова, Таша Тонева

Всё же, истинная связь дракона и женщины-человека — редкость.

Оказывается, были случаи, когда истинная слишком несдержанного дракона угасала, будучи запертой, сломленной. Слишком нежные девушки даже погибали взаперти, не выдерживая такую сильную страсть и опеку, доходящую до одержимости. А дракон, теряя истинную, поднимался высоко в небо и разбивался о землю, сложив крылья.

Но, правда, это было в глубокой древности. Сейчас и драконы стали более цивилизованными, и людей они лучше узнали за это время, как и люди их. Произошло взаимное слияние наших рас в одно общество, одну империю, где каждый себя чувствовал на своем месте.

Стейн же не желал мне судьбы тех несчастных девушек. Поэтому и разрешал до сих пор работать в госпитале. И на мою просьбу о близости только после свадьбы — согласился. И в целом был крайне бережен и внимателен со мной, приручая меня осторожно, постепенно.

К тому же, человеческая жизнь, хоть и становилась намного длиннее из-за влияния истинной связи с драконом, всё равно оставалась коротка по сравнению со слишком долгой жизнью могущественных магических существ.

Стейн мне тогда сказал, что согласен пожертвовать всем своим долгим сроком жизни дракона, ради лишней минуты рядом со мной.

Тем не менее, королевская кровь дракона слишком сильна в Стейне. Князь, хоть и сдерживает себя, остаётся князем. Драконом королевской крови. А я остаюсь человеком.

Этого нам не изменить. Только принять друг друга всем сердцем, несмотря на существенные различия между нами.

Поэтому, замерев в крепких объятиях моего жениха на безлюдной парковой дорожке, я медлю с ответом, тщательно подбирая слова.

— Ответь мне, Ролана, — пристально смотрит на меня Стейн. — Да, для тебя это важно. Я понимаю. Ты не раз мне это говорила. Но не накануне же нашей свадьбы.

Я набираюсь смелости и отвечаю, как есть, хотя отчётливо понимаю: для Стейна это всё равно не веская причина.

— Делинда попросила меня сегодня подменить её, — признаюсь я, со вздохом, удивляясь, что выдерживаю пристальный взгляд дракона с его тщательной сдерживаемой яростью в глубине. — У неё семейный вечер. Родственники проездом в столице, а она давно их не видела. Я очень хочу ей помочь. И так слишком много работает и совсем себе отдыха не даёт, — торопливо заканчиваю я.

— Это ты слишком много работаешь и совсем себе отдыха не даёшь, — медленно произносит Стейн.

Я снова вздыхаю и виновато опускаю голову, глядя на наши сплетённые руки. Наша истинная связь натягивается, и я отчётливо понимаю: если Стейн сейчас будет настаивать, если прямо прикажет мне, я соглашусь. Он слишком силён, и как мужчина, и как выдающаяся личность, полководец всё же, князь, опять же. Мой возлюбленный. Мой дракон.

— Давай так, любимая моя труженица, — тихо говорит Стейн, прикасаясь к моему подбородку и мягко приподнимая моё лицо, — я понимаю, что ты меня послушаешься, если я тебе запрещу. Но тебе от этого будет плохо. А я меньше всего на свете хотел бы причинить тебе боль или расстройство даже в такой малости.

Я задерживаю дыхание, вглядываясь в его серьезное спокойное лицо.

— Мои желания просты, Ролана. Я только хочу облегчить тебе время пред этим важным днём. А скажи мне, — лукаво улыбается он. — Ведь тебе будет проще работать, если у тебя будет помощник?