Онлайн книга «Обскур»
|
Я ослаб. И это пугало. Мне запрещено желать не просто игр, а нежности, касаний, близости, которая была недоступна с тех пор, как я стал Вороном… Мия же слишком любопытно. Она уже пыталась узнать что-то у единственного, кто видел больше, чем она. Это разозлило и повеселило одновременно, заставив качнуться воображаемые весы в сторону игр. И я принял решение остаться с ней, усугубить свою зависимость от Куколки, которой теперь не хотел лишаться. Её руки словно всё ещё трогали моё тело, как тогда, когда она стягивала с меня одежду. Перед глазами стояло её влажное от воды тело и её пальцы, раскрывавшие плоть для своего Ворона. О, моя Куколка предоставила мне идеальный обзор. Никогда не думал, что мне понравится смотреть на то, как кто-то дрочит… И всё же в тот момент нельзя было не захотеть попробовать её на вкус. Обычно ничего, кроме крови, не доставляло мне удовольствия, но я едва не кончал, когда вылизывал Куколку. Вкусы, притупленные из-за обскура, вспыхивали на языке, заставляя балансировать где-то между кайфом и оргазмом. Куколка пахла вкусно, её кровь была приятной и сладковатой, но её киска… Необходимо было избавиться от этой фиксации на Мии и забыть её вкус, а лучше сразу же убить, но… Я лишь сильнее хотел её оставить себе, малодушно надеясь, что она никогда не прозреет, а мне никогда не придётся по-настоящему выбирать между миссией и свидетельницей. Противоречия во мне разрывали изнутри и без того истончившийся барьер, собранный из силы воли. Он сдерживал обскур, он контролировал его, но безумие прогрессировало. Похищение Куколки ударило по моему самолюбию, а главное – подпитало страхи. Страх одиночества, страх непринятия, страх того, что никто и никогда не сможет разглядеть меня настоящего, если Мия Силдж умрёт… Ужасу вторило карканье старых Воронов, и я снова и снова терялся во тьме, замечая образ незнакомой девушки и выныривая обратно, пока не ощутил нечто странное. Это было похоже на связь Черепов, будто что-то коснулось моего разума, но не как обычно. Я не мог объяснить это, тем более в плену растущего безумия, но знал, что должен лететь туда, особенно когда потянулся обскуром к его источнику, а ощутил лишь панику и слабую надежду. Чужой ужас добил. Я окончательно растворился во мраке, чуя только ярость, смерть и кровь… * * * Пробуждение вызывает чувство дежавю: опять я застрял между двумя формами, опять лежу на груди Куколки, опять наслаждаюсь её теплом. Я не поднимаю век, давая пару лишних секунд просто прийти в себя и послушать мерный стук сердца Мии, почувствовать её пальцы, запутавшиеся в моих волосах. Глубокий вдох, и нос наполняет сладкий аромат Куколки, он смешан с… Я упираюсь когтистыми руками по обе стороны от тела Мии, и поднимаюсь, одновременно распахивая глаза. Гнездо. Это моё Гнездо! — Пиздец, – вырывается тихое негодование. Смутные воспоминания событий ночи наполняют голову: вот я пробираюсь к Куколке и замечаю знакомую энергию колдунов, вот лечу по их следу, который теряется за городом, вот схожу с ума от мыслей и силы обскура, а затем… Обрыв. Лишь размытые образы. Холодный утренний воздух влетает в распахнутую пасть Гнезда, а Вафля слабо шевелится. Он не стремится сожрать Куколку, хотя кровожадное дерево могло попытаться, но почему-то кажется, словно… Они знакомы. |