Онлайн книга «Обскур»
|
Я киваю в ответ и сглатываю вязкую слюну. Аромат леса и крови окутывает, вынуждая почти задыхаться от его интенсивности. — Скажи, – требует Ворон, убирая свою руку. – Что случится? — Ты убьёшь нас. — И ты понимаешь, что не сбежишь от меня, не спрячешься? Если ты захочешь скрыться, я найду тебя. Я буду преследовать тебя везде, даже в твоих кошмарах. И поэтому сейчас ты будешь хорошей Куколкой, не так ли? Снова кивок, и снова требование: — Говори. — Да. — Что «да»? – он звучит напряжённо, будто начинает злиться. — Я буду твоей послушной Куколкой, – едва слышно произношу я. — Вот так, умница, – хвалит Ворон. – Ты ведь хочешь поиграть? Нет! Иди в бездну! Приходится закусить щеку, чтобы не закричать от отчаяния, злости и страха. Вместо проклятий вслух я отвечаю: — Очень хочу… — Плохо. Ты должна заставить меня в это поверить, иначе я придумаю, как наказать непослушную Куколку. Я напрягаюсь, представляя, что может придумать этот псих, и по привычке впиваюсь зубами в губу. Лёгкий укол боли помогает мне держать ум холодным, а солёный привкус во рту… Морок! Опять! Я полная дура, раз не запомнила с прошлой ночи, что нельзя так делать! Незажившая толком кожица легко лопается, ранка пульсирует и щиплет, а Ворон громко втягивает воздух и выдыхает его вместе с тихим стоном. Этот ублюдок обожает кровь, а я предоставила его любимое блюдо как по расписанию. Ну что за дура! — Неплохо… Вот теперь почти верю, Куколка, – хрипит он. По лицу скользят длинные пряди, щекоча, Ворон явно наклоняется всё ближе, пока кончики наших носов не сталкиваются. Он хмыкает и слизывает капельки выступившей крови. Я издаю тихий неясный звук, пытаясь хоть как-то выразить свой протест. Но проклятого маньяка это мало беспокоит. Он втягивает мою губу в рот и посасывает её. Наконец мучительно медленно Ворон отстраняется, задевая зубами царапину, и бормочет: — Какая хорошая игрушка… Умница… Он почти лежит на мне, а его руки исследуют каждый изгиб невесомыми касаниями, которые постепенно становятся всё более настойчивыми. До того, как я успеваю о чём-то подумать, его язык толкается внутрь. Он движется так, будто пытается трахнуть мой рот. Почему-то эта мысль будоражит почти так же сильно, как чужой стон, тонущий внутри моего горла и отзывающийся где-то внизу живота. О нет! Нет! Я не буду возбуждаться! Пытаясь совладать с собой, я цепенею, не отвечая на поцелуй. Ворон фыркает, но отстраняется. Он прижимается ртом к моему декольте так, что кожей я ощущаю его ухмылку и шёпот: — Мы с тобой ещё даже не начали, Куколка. А затем всё прекращается. Хлопок окна сменяется тишиной. Похоже, сегодня Ворону хватило нескольких капель… * * * Утром заезжает Ринда. Сбивчиво и быстро она рассказывает, как проходит сессия. Я жадно её слушаю, потому что это отвлекает меня от мыслей о Вороне. У меня нет контроля над ситуацией, из-за чего каждая минута наполнена мучительной тревогой. Есть слабая надежда на Сагу и информацию, которую она может откопать. Впрочем, едва ли подруга принесёт список того, что делать, когда тебя преследует убийца с маниакальным стремлением «поиграть»… После отъезда Ринды меня сжирает ужас перед предстоящей ночью, потому на починенный дверной звонок, я реагирую как на оглушительный выстрел. Тело вздрагивает, и я стискиваю диванную подушку, вслушиваясь в спешные шаги Хильде и глухие разговоры издалека. Знакомая манера и тон заставляют меня перепутать визитёра с Эйнаром, но когда он приближается, я понимаю, кто это… |