Книга Когда отцветает камелия, страница 142 – Александра Альва

— Я всё сделаю. Я во всём признаюсь, обещаю!

Цубаки больше не могла выносить душевную боль Минами и окончательно вытеснила юрэй из своей головы, разрывая связь.

* * *

Одну сторону неба уже заволокло тяжёлыми тучами, которые быстро расползались над Камакурой, словно чёрная тушь, вылитая на рисовую бумагу. Ветер не только гнал грозовые облака, но и поднимал с земли пыль и сухие листья, опавшие из-за долгой жары, закручивая их в небольшие вихри, что летали над дорогой.

— Пора с этим заканчивать! – сказал Кэтору, подходя к деревянному святилищу. Он только вернулся из резиденции семьи Такэда, проводив туда господина Горо, и теперь был настроен решительно. – Выполняй клятву, юрэй.

— Клятву? – переспросила Цубаки, всё ещё находясь в круге. Нарушать печать до окончания ритуала очищения было нельзя, поэтому она до сих пор стояла на прежнем месте.

— Думаешь, господин Юкио-но ками отпустил бы нас одних, если бы не удостоверился, что юрэй выполнит свою часть сделки? Наш ками заставил её дать непреложную клятву, не выполнив которую она сгорит в лисьем огне.

— Это правда, – печально усмехнулась Минами, закатывая оборванный левый рукав: на плече горело кольцо из синего пламени, готовое в любой момент поглотить призрака. – Ваш господин очень о вас заботится, но разве нужны были такие серьёзные меры против ослабевшей юрэй?

— Заканчивай пустую болтовню! – рявкнул Кэтору, и его облик начал меняться: среди волос выросли чёрные округлые уши, а когти удлинились и чуть загнулись.

Цубаки впервые видела такое обличье тануки: обычно он выглядел как простой человек либо полностью обращался зверем, но сегодня позволил своей истинной природе вырваться наружу. Возможно, подобная форма и не казалась достаточно устрашающей, но глаза Кэтору горели тем же янтарным огнём, что и глаза его господина. Это пламя внушало уважение и трепет.

— Надо же! Твои маленькие клычки и пушистые уши меня не пугают, – хмыкнула юрэй, и её чёрные губы расплылись в ухмылке. – Ладно, не будем тянуть.

Она взглянула куда-то в сторону, за спину Кэтору, и лишь на мгновение в её покрытых белой пеленой глазах отразился страх. Обернувшись, Цубаки не увидела там ничего необычного, кроме деревьев, цепляющихся корнями за пологий склон.

— Это был клан тэнгу с горы Куро! – сообщила наконец юрэй, понизив голос. – Один из них выследил меня и предложил сделку.

— Тэнгу с горы Куро? – пробормотал Кэтору и почесал затылок. – Легендарный клан наёмников-ёкаев, чью верность можно купить, только принеся кровавые жертвы? В последнее время ходили слухи, что они стали отшельниками и прекратили появляться в нашем мире, но, похоже, кто-то могущественный всё же взял их под своё крыло. Что ещё?

— Я больше ничего не знаю, – покачала головой Минами, но лисий огонь на плече вспыхнул, заставляя юрэй корчиться от боли. – Ладно, ладно! Печати, которые нам преподнесли в дар, сделаны из дерева, растущего в Тюгоку¹²⁰, а точнее, в деревне Хигасиидзумо. Это я точно знаю, потому что, ещё будучи живой, я однажды провела лето у родственников на побережье озера Накауми, где множество раз видела клеймо местных резчиков, да и чёрный цвет древесины оттуда ни с чем не спутаешь. А что до осквернённой киновари… Она сделана в Ёми! Вы можете мне не верить, но много лет назад в Тюгоку ходили странные легенды о том, что к воротам Царства мёртвых можно принести нечто ценное, и взамен они¹²¹ по ту сторону откроют маленькое окно. Зачем? Чтобы живые смогли передать послание или вещь умершим. Тогда я думала, что это лишь слухи…