Книга В заложниках интриг, страница 95 – Адриана Максимова

Кордия зажгла свечи и потянулась к мешочкам с травами. Бросила щепотку в огонь, и дым вихрем взметнулся вверх. Она провела пальцами по шару возможностей и настроилась на события в храме. Сейчас она хотела заглянуть в прошлое. Шар молчал: то ли он не хотел с ней говорить, то ли испытывал ее терпение. Она ждала. Наконец в шаре появилось очертание мужчины – высокого, длинноволосого и похожего на дикаря. Он решительно шел вперед, словно наступал на нее, а потом поднял руку, как будто хотел ударить ее по лицу. Картинка перевернулась и исчезла.

Несколько раз моргнув, Кордия потерла пальцами виски. Кто этот мужчина? Он ли стрелял в графиню? У нее возникло ощущение, что он не местный, возможно, из Истраты. Надо обсудить это с братом и Бальтазаром. Сняв с пояса кинжал, она положила его перед собой, создала простое заклинание поиска, порезала себе руку и окропила кровью кинжал и шар возможностей.

— Примите в жертву и взамен дайте мне увидеть, что сейчас с Дором и где он, – проговорила Кордия, молитвенное сложив руки. – Я приму любой ответ с пониманием и благодарностью.

Она прикоснулась пальцами к стали и закрыла глаза. Темнота рассеивалась медленно, и первым, что она увидела, было серое небо. Она словно лежала на земле и смотрела на него. Тело налилось свинцовой тяжестью, руки затекли, словно были связаны. Взгляд зацепился за колодец, на крыше которого сидела птица с расправленными крыльями, будто собиралась взлететь. Кордии не удалось больше ничего рассмотреть, видение заволокло тьмой, но теперь у нее не было сомнений в том, что Дор жив. А значит, она найдет его.

Найдя в шкатулке у Мариана несколько кристаллов, Кордия положила их в сумочку. Туда же отправилась магическая карта местности с местами силы и точками самых сильных потоков магии, а также свечи и мешочки с травами. Ей нужно было выйти на перекресток дорог, чтобы еще раз создать заклинание поиска. Раны от порезов нещадно щипало. Она попробовала исцелить их, но не вышло. Может, это вообще не ее? Ведь на уроке с Джулианом у нее тоже ничего не вышло. Видя, что она собирается уходить, Гастон вцепился ей в плечо когтями, давая понять, что одну не отпустит. У нее возникло ощущение, что это сам Мариан так присматривает за ней. Она улыбнулась и, погладив птицу, вышла в коридор. Быстро сбежав по ступенькам вниз, вышла в холл и увидела Бальтазара, несущего на руках бесчувственную Грету.

— Что… что случилось? – подходя к ним, испуганно спросила Кордия.

— Я вытащил ее из петли, – глухо сказал Бальтазар. По его посеревшему лицу можно было понять, как повлияло на него это событие. – Если бы я зашел на полминуты позже…

— Неси ее в мои покои, – скомандовала Кордия. – Я сейчас позову лекаря.

Известие о беременности Кордии вызвало у Бальтазара приступ глухой ярости. Ему хотелось вытрясти из нее этого проклятого ребенка, в котором текла кровь того, кого он ненавидел всем сердцем. В глубине души он понимал, что младенец ни в чем не виноват, его даже не спрашивали, хочет ли он родиться, но с бушующей злобой ничего сделать не мог. У этого ублюдка появится наследник, а Мина больше никогда не увидит снег. Как после этого верить в справедливость? Он скрипнул зубами, глядя, как Кордия уходит с Джулианом заниматься.