Книга В заложниках интриг, страница 202 – Адриана Максимова

— А ты?

— Справлюсь. Давай! – прикрывая обожженную руку здоровой, прорычал Джулиан.

Кордия села рядом с графиней и положила ладони ей на плечи. Магия тяжелым медом потекла из ее пальцев в тело графини. Ведьма мысленно начала читать заклинание на сохранение жизненных сил. Она снова подключалась к своей силе, стараясь вывести ее на частоту исцеления.

Мариан осторожно подцепил ниткой кончик амулета и хотел потянуть в верх, но нитка загорелась и порвалась. Он выругался. Сабола устало вздохнул.

— Можно, я? – робко проговорила Кордия, поддавшись внезапному порыву. Тело словно само повело ее. Мариан с недоверием посмотрел на нее, но ей уступил место.

— Дор… – позвала графиня Локк. – Дор…

— Он пошел за лекарем, скоро будет, – спокойно проговорила Кордия, глядя на черноту, окружавшую рану графини. Как она еще могла дышать? Девушка потянулась к амулету рукой, на которой была брачная метка. Она еще не восстановилась и Кордия носила перчатку, имитировавшую здоровую конечность. Но сейчас она ощущала ее, как прежде. Ухватившись за кончик, возвышающийся над кожей графини, она ожидала резкой боли, но ее не было. Осторожно поддев амулет, Кордия потянула его вверх. Из-под пальцев вылетело несколько искр. Графиня закричала, забилась. Кордию охватила паника. Она бросила взгляд на бескровное лицо чародейки. Ведьме даже показалось, что та уже умерла и все, что происходит – лишь иллюзия, которую создает тело графини, пропитавшееся силой, что была в амулете.

Не дыша, Кордия вытащила амулет, которых стал похож на кусок ржавого металла. По нему зигзагом пробежала молния, и он, завибрировав, выпал из пальцев девушки, ударился о каменный пол и рассыпался в прах.

— Не понимаю, – сказал Сабола. – Как тебе удалось?

Кордия пожала плечами. Ей не хотелось рассказывать о том, что часть ее руки выглядит, как обглоданная кость, и, возможно, все дело в этом. Девушка поднесла ладони к ране и начала читать заклинание. Она поняла, что если хочет стать настоящей целительницей, то должна исцелять других не от страха их потерять или потому, что другого выхода нет, а из милосердия, раз ей дали такую возможность. Ей нужно научиться этому. Кордия сосредоточилась на дыхании, чувствуя, как здоровая рука становится теплее. Страх, что ничего не выйдет, все еще мешал ей, но она разрешила себе пробовать. Она уловила пульсацию жизни и подключилась к этой частоте. Если бы ее спросили, как это вышло, ей было бы сложно это объяснить, но это сработало. Обугленные края раны стали чуть светлее. Кровотечение остановилось.

Послышались шаги. Вернулся Дор. Кордия бросила на него взгляд и поняла, что он встревожен, словно жизнь графини волновала его. Он смотрел на нее испуганно и с сочувствием.

— Лекарь сейчас придет, – сказал Дор.

— Может не спешить, – ответил Сабола.

— Дор… – снова позвала графиня. Кордия отстранилась, подпуская герцога. Она видела, как для чародейки важно поговорить с ним. И эта важность отчего-то сильно тревожила ее.

— Слушаю вас, – глухо проговорил Дор, наклонившись к графине.

— Обещай, что выполнишь мою просьбу, – задыхаясь, проговорила она, глядя в лицо Дора.

— Обещаю.

— И что не позволишь… Что ненависти не будет… – прошептала графиня Локк. По ее телу пробежала волна дрожи. Кордия ощутила, как тело матери Лейфа отвергает магию, как сила норовит вернуться в ее ладони.