Книга В заложниках интриг, страница 115 – Адриана Максимова

Герцог смутно помнил, что произошло и как он оказался в замке, принадлежащем Альбе. Последним, что отпечаталось в его памяти, было то, как в грудь вонзилась стрела. Ему показалось, что он ослеп от боли, но, повинуясь какой-то силе, двинулся вперед. А потом – провал во времени. Когда он пришел в себя, то уже был привязан к дереву. Птица на крыше колодца сразу дала ему понять, где он находится. Мысль о том, что Альба ему так мстит, причинила боль. Он все еще ощущал связь с этой женщиной, хотя на деле их уже ничего не связывало. То, что они вместе выросли и пережили первую любовь, не имело никакого значения. Прошлое было перечеркнуто. Он позволил Дамьяну забрать Альбу себе, и она его не простила.

Штефан подошел к нему лишь однажды – видимо, чтобы удостовериться, что он еще не умер. Есть и пить ему не давали: ведь это значило подойти к нему близко. Он до сих пор не понимал, как его связали. Погиб ли кто-то после этого? Дор снова вспомнил тех мужчин, которых убил, когда они вели к нему Августина. Да, он все еще монстр и никогда не перестанет им быть. Как только яд в его теле не убивает его самого? Это оставалось загадкой.

Кордия беспокойно заворочалась, и на ее перебинтованных руках проступили пятна крови. Дор подался вперед, и в этот момент девушка открыла глаза. Затуманенным взглядом уставилась на него, словно не веря, что он настоящий.

— Тише, все хорошо, – прошептал Дор.

— Что с Бальтазаром? – приподнявшись на локтях, спросила Кордия. Белокурые волосы тяжелой шалью рассыпались по плечам.

— Жив. За ним сейчас ухаживает твой брат. Похоже, он перебрался жить в его покои, – усмехнулся Дор. – Грета тоже присматривает за ним.

— Чудесно, – пробормотала Кордия и, с облегчением вздохнув, упала на подушки.

— Ты как себя чувствуешь? – спросил Дор.

— Спать очень хочется, – сказала Кордия, глядя на него.

— Ты потеряла много крови, нужно время, чтобы восстановиться, – ответил Дор и вспомнил, как едва не убил Оскара за то, что тот позволил Кордии порезать себя. Да, она спасала их общего друга, но видеть, как девушка режет себя, было невыносимо. – Больно?

— Это ерунда, заживет, – беспечно ответила Кордия. – Лучше расскажи…Как ты сам? Что с тобой произошло?

— Все, что я помню, как молился, чтобы меня не нашли. Но боги по-прежнему не слышат моих молитв, – честно сказал Дор. – Я много времени провел в забытьи.

— Я ни секунды не верила, что ты умер. Кинжал, который ты дал мне… я чувствовала через него, что ты жив, – тихо сказала Кордия, и ее глаза заблестели.

— Если бы с тобой, что-то случилось, я бы не простил себе этого.

— Этот шрам… – Кордия провела указательным пальцем по своим губам. – Откуда он у тебя?

— Дрался на дуэли.

— Из-за девушки?

— Нет, по глупости. Кстати, это была последняя дуэль в Аталаксии. Потом их запретили, и теперь они вне закона.

— Ты победил?

— Сложно назвать победой убийство другого человека. Скорее, мне повезло выжить.

— И обзавестись шрамом, – едва заметно улыбнулась Кордия.

— Он мне идет.

— А что… со Штефаном? – робко спросила Кордия.

— Мертв, – резко ответил Дор и сам этому удивился. При виде убитым бывшего друга, у него возникли смешанные чувства. С одной стороны, он вздохнул с облегчением, оттого что опасность нейтрализована, с другой – на него накатила тоска: ведь они вдвоем прошли через многое, и предательство Штефана больно ударило по нему.