Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 89 – Елена Ловина

— Отойди от него! — я вытянула вперед руку, чтобы указующим пальцем тыкнуть в сторону Макела, но в той руке уже сжимала бесполезную заготовку, потому эффект получился совершенно не тот.

— Ой, Эди, у тебя кровь! — подлетела ко мне Чара и заискивающе принялась заглядывать в глаза, рассыпая вокруг радужные всполохи. — Тебе нужно к лекарю! А Пени ничего плохого не сделала — она просто нас поблагодарила и все. Она даже Ру обняла и меня, представляешь! И даже простила мне все, что я с ней сделала по злости в тот раз.

Что именно стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения, сказать не смогу, но точно всегда буду помнить удивленно-восторженные глаза Чары и улыбку этой Пени, которая в тот момент показалась мне кровожадным оскалом торжествующей гадины, а на деле была лишь робкой и осторожной улыбкой, подтверждающей слова мини-пони. И еще я видела яркий след радужных волн, что тянулся по всей траектории полета Чары, опутывая своей оптимистичной магией всех, в том числе и Пени.

— Раз вы помирились и теперь обе счастливы, — злость вдруг куда-то схлынула, оставляя после себя пустое пространство без эмоций, словно оглушая напоследок, — да еще ты ее простила в ответ, то и становись ее фамильяром!

Не было ни вспышки магии, ни фейерверков или ярких искр, просто я ощутила, как бесполезная заготовка для стабилизации эмоций нагрелась и притянула к себе магические потоки двоих: Чары и Пени. Притянула, пропустила через себя, а затем вернула обратно, намертво связанные договором фамильяр-маг.

Отдача последовала тут же. Пени охнула от неожиданности и покачнулась. Устояла сама, без помощи Макела или Руффи, а на пальцах ее заискрилось заклинание, подтверждающее новообретенную связь. Чара резко приземлилась и поскакала подальше от меня, пытаясь взбрыкивать передними и задними ногами, словно на нее впервые надели седло для выездки. Мантикоры где-то сбоку принялись менять размер, и ко мне подскочил белый «кот», на бегу пытавшийся передать мне необходимую для поддержки сознания магию.

Последнее, что я помнила, было возмущенное карканье Ягеля, пикирующего ко мне с неба, и мысль, не окрашенную никакими эмоциями, только три слова: «Что я наделала?».

Эдера

Очнулась я с той же мыслью, что и теряла сознание. Что я наделала? Только, если отключаясь от реальности я не испытывала никаких эмоций, то приходя в сознание я чувствовала их целый коктейль: стыд, сожаление, беспокойство, паника и, что удивительнее всего, все это в итоге перекрыло удовлетворение и ощущение правильности содеянного.

Вот последнее меня и выдернуло из блаженной полудремы, вызывая недоумение и заинтересованность: как принудительное связывание мага и магического животного может быть правильным? В Соверене за подобное можно попасть под суд, если маг посчитает, что его мнение в данном вопросе не учитывалось.

Хм, закону, если вспомнить, лет пятьсот или того больше, и, кажется, реальных связываний подобно тому, что сделала я, не было уже… приблизительно столько же. Древний и неприменимый в наших реалиях закон, к которому прибегают аферисты и недалекие фермеры без магии, ведь все завершается на первых же минутах, когда доказывается отсутствие связи маг-фамильяр, навязанной извне.

Будущих зоомагов этим законом пугали на протяжении всего срока обучения в академии, но только исключительно как возможностью бестолково и напрасно потратить время и нервы, доказывая, что ты обычный посредственный зоомаг.