Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 73 – Елена Ловина

— Объяснись! Немедленно! Прямо сейчас!

Слова были рубленные, короткие, словно девушка все еще сдерживала ярость, но Итан видел в едва уловимом мареве, что магические нити, вырвавшиеся из-под контроля, исчезли, словно их и не было.

— Что ты хотел показать этим вот всем⁈

— Только то, что твои эмоции влияют на мантикор. Отрицательные эмоции, так что лучше не злись.

— Легко сказать…

Эдера

Белый медалист лежал в деннике, вытянув вперед лапы, а хвост обвивал тело сбоку, предупреждающе выставив вперед кончик опасного жала, без лишних слов очерчивая границы: дальше ни-ни. Между его передних лап млела Ру, вытягивая шею и подставляя голову под долгожданные ласки — Макел с удовольствием вылизывал черную мантикору. Нам же оставалось только наблюдать в стороне.

— А о чем ты думал, когда так сильно меня злил? — я спрашивала нехотя, немного вяло, растеряв весь запал где-то в том месте, где меня отвлекали от злости… или вон в том месте?

— Думал, что действие распространится только на одного, а не сразу на двоих, — мягко ответил Итан и поцеловал меня сначала в висок, а потом и в скулу, но дальше отстранился, переводя дыхание, словно ему с трудом давались даже такие простые действия.

Мы оба устало вздохнули и теснее прижались друг к другу. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что отвлекали меня от злости всяким непотребством, и этому бы способствовал наш внешний вид: оба растрепанные, в мятой запыленной одежде, словно на сене устраивали акробатические кульбиты, раскрасневшиеся и утомленные, мы лежали на ворохе сена, которое раньше было собранно в очень ровный конусообразный стожок. К сожалению или к счастью, все было иначе.

В начале, когда я только-только приструнила Макела и задала свой вопрос Итану, показалось, что все идет на спад — нужно только успокоиться и перестать злиться, но нет — думать так было ошибкой.

Масла в огонь подлил Ягель со своим уже приевшимся: «Барррдак! Беспррредел! Катастрррофа!». Стоило этому каркающему проныре влететь в денник, как на него ополчились и мантикоры, и моя магия, вновь вышедшая из-под контроля, а затем и эмоции всколыхнулись, причем самые темные, злые. Обида на деда, что ушел за грань без предупреждения, без последнего пожелания или напутствия. Злость на Итана, что так извратил мечту любой девушки о предложении руки и сердца. Негодование на Ягеля, что только и может обижать и обижаться, а сам еще ни разу не дал подсказку, как сформировать и закрепить с ним связь. Была даже какая-то нелогичная обида на родителей, что в такой ситуации они бы обязательно сказали, что я все бросаю на полпути, хотя вот в этом конкретном случае даже не начинала… или начинала.

А потом в голове вспыхнуло воспоминание об огне и удушливом дыме, когда я осталась одна, и никто не пришел ко мне на помощь, только гул разгорающегося пламени и отсутствие воздуха — до звона в ушах. И все вокруг стало бесцветным и беззвучным, а я — сторонним безучастным наблюдателем.

Белая мантикора стала маленькой, а Ру выросла до размеров двух мантикор и пошла в наступление на нас с Итаном. Макел снова стал большим и, оттеснив Руффи, в один прыжок перескочил к нам и поднял лапу для удара. Ру вспыхнула золотом и вновь выросла, а Макел уменьшился. Эти двое менялись местами, словно они вода в сообщающихся сосудах под давлением: если в одном месте уровень воды стал ниже, то в другом сосуде вода поднимается.