Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 37 – Елена Ловина

Ему ничего не оставалось, как покинуть укрытие и предстать перед девушкой и ее змеей, причем ощущение складывалось такое, словно змея обескуражена и заинтригована. Привидится же такое.

— Ничего она не делает, — заявила девица, воинственно насупив брови. Девушка то и дело теребила блокирующий браслет на руке и судорожно искала пути к отступлению — ее взгляд метался от двери к подсобному помещению за линией раздачи.

— Если нужно, мы с Лианелом принесем магическую клятву, что не причиним Лане вреда, — все же решил подать голос Илиот, когда молчание затянулось, а девушка уже нервно дергала браслет — того и гляди повредит руку в попытках вернуть магию, чтобы защитить питомицу. — И обещаем, что расскажем ректору, как исчезли рун с двери общежития, без упоминания змеи.

— Полоз, — поправила девушка и, видя недоумение на лице Илиота, добавила. — Лана — мини-полоз… А без ректора нельзя обойтись?

— Но должны же мы прекратить отчисление адептов, раз знаем, как удалось стереть руны, — Илиот смотрел почему-то на змею, словно за той оставалось последнее слово, и не сильно удивился, когда та кивнула, словно поняла весь разговор дословно, и поползла по руне.

Какое-то время ничего не происходило, но стоило змее… вернее, полозу повторить телом контуры рисунка, как из-под живота и хвоста вспыхнул золотой свет, а дальше принялся впитываться в в юркое тело. Когда Лана поползла дальше, за ее хвостом уже не тянулся черный рисунок выжженной руны — пол был идеально чист и монолитен.

Сердце у Илиота зачастило, а к горлу подобрался нервный ком, словно он сделал грандиозное открытие, неповторимое во всем мире.

Эдера, две недели спустя

— Как думаешь, этого достаточно? — я устало вытерла пот со лба, а затем вновь натянула на него шапку.

Мы с Долли смотрели на дорожку, ведущую к денникам магических животных, и радовались результатам: плиточки были идеально подогнаны друг к другу, грязь и копоть отчищена, проплешены и рытвины выровнены и устранены — мы постарались на славу. По такой дорожке можно ходить в домашней обуви, а не только в уличной — плиточки разве что розами не благоухали и то потому, что мы с Долли не сошлись на степени интенсивности запаха.

Подруга посмотрела сначала на дорожку, потом на денники, возле которых адепты младших курсов чинили деревянное ограждение, и только в последний момент перевела взгляд на огромную кучу мусора, собранную нами в процессе приведения территории в порядок.

— Надеюсь, — прозвучал усталый ответ, — у меня сил больше нет расчищать все это.

«Все это» означало всю территорию академии, которую уже несколько дней приводили в порядок все-все адепты, даже приглашенные, пусть и случайно. Да, нам увильнуть от уборки не удалось — лэс Маршелин первая вышла на уборку, погоняя нас зонтиком. Наш куратор считала, что адептки бытовой академии должны благодарить тех чудовищ, что наконец-то ушли в свой мир, за возможность проявить свои знания, полученные в академии Соверена, на практике.

Мы и благодарили, даже артефакторы и зоомагии, причем каждый раз, как натыкались на оторванную конечность, откусанное крыло или отломанный ус. К сожалению, наши благодарности изливались недолго, потому что полученные запчасти чудовищ изымались из наших рук с невероятной скоростью — быстрее только пегасы гадят на полигоне.