Книга Тиран, я требую развод!, страница 73 – Элайра Вэлморн

Это была победа. Наша первая, настоящая победа. Мы дали им шанс. Мы дали им надежду.

Вечером я спустилась со своего наблюдательного поста в деревню. Я рассказала людям о том, что видела. И они… они плакали. Суровые, обветренные мужчины и женщины, которые, казалось, были сделаны из камня, плакали от счастья. А потом они начали праздновать. Они разожгли большой костер, достали припрятанные запасы какой-то хмельной браги. Они пели свои гортанные, протяжные песни. Они танцевали. И они втащили меня в свой круг.

Я танцевала вместе с ними, неуклюже повторяя их движения. Я пила их терпкую брагу. Я смеялась. Впервые за долгое, долгое время я смеялась искренне, от всего сердца. В эту ночь я забыла, кто я. Я забыла о короне, о разводе, об Эдвине. Я была просто Ки-ра. Женщина, которая подарила надежду умирающим богам.

И я не знала, что в этот самый момент, за много миль отсюда, в королевском лагере, царил хаос. Я не знала, что мое исчезновение было обнаружено. Я не знала, что разъяренный, униженный король, уверенный в том, что его игрушка сбежала, уже поднял на ноги всю армию.

И я не знала, что он, ведомый своей черной, собственнической яростью, уже мчится сюда. Не спасать. А карать.

Хаос в королевском лагере начался с тихого, почти незаметного события. С нетронутого завтрака. Когда Лина, моя служанка, утром вошла в мою палатку, чтобы разбудить меня, она обнаружила пустую кровать. Сначала она не придала этому значения. Королева могла встать рано, чтобы проведать своего коня. Но когда прошел час, а потом другой, а я так и не появилась, в ее маленьком, преданном сердце зародилась тревога.

Она сообщила моим охранникам. Торн и Гарет, два немых истукана, чьей единственной задачей было следить за мной, переглянулись. Впервые за все время похода они проявили нечто, похожее на эмоцию. Смятение. Они проверили палатку. И обнаружили разрез в задней стенке.

Паника, как лесной пожар, начала распространяться по лагерю. Сначала это был шепот. Потом — тревожные крики. Королева исчезла! Сбежала! Похищена! Версии множились с каждой минутой.

Новость дошла до Эдвина, когда он проводил военный совет в своем шатре. Камердинер, бледный как полотно, прошептал ему на ухо несколько слов. И все, кто был в шатре, увидели, как лицо их короля изменилось. Оно не побагровело от гнева. Оно стало белым. Абсолютно белым, как зимний снег. А его золотые глаза превратились в две ледяные щели. Температура в шатре, казалось, упала на десять градусов.

— Вон, — прошипел он.

Генералы, не смея возразить, поспешно покинули шатер.

Он остался один. И я могу лишь догадываться, какая буря бушевала в его душе в тот момент. Я, его жена, его собственность, его самая интересная игрушка, посмела исчезнуть. Прямо у него из-под носа. Из-под носа его хваленых «теней». Это было не просто неповиновение. Это было публичное унижение. Пощечина, нанесенная на глазах у всей армии. Она сбежала. Эта мысль, я уверена, была единственной, которая билась в его голове. Она выбрала неизвестность, опасность, возможно, даже смерть, но не его. Не его клетку.

Его реакция была предсказуемой. И страшной. Он не стал организовывать тихие, методичные поиски. Он поднял на ноги всю армию. Он превратил поисковую операцию в акт устрашения. Конные отряды были разосланы во все стороны с одним-единственным приказом: найти королеву. Любой ценой.