Книга Развод с драконом или Кофейная дипломатия, страница 51 – Ямиля Нарт

Я увидела себя маленькой девочкой, бегущей по саду за бабочкой. Увидела мать, которая смотрела на меня с холодным презрением, потому что я была не такой красивой, как старшие сёстры. Увидела отца, который пил и кричал на мать, а я пряталась под столом и затыкала уши. Увидела тот день, когда меня выдали замуж за Кайла — как я стояла в подвенечном платье, дрожала и мечтала только об одном: чтобы этот кошмар поскорее закончился.

Это были не мои воспоминания. Но они были такими яркими, такими живыми, что я не могла отделить их от своих. Я чувствовала боль той Карины, её отчаяние, её одиночество. И в какой-то момент перестала понимать — где я, а где она.

— Леди! — Лина трясла меня за плечо. — Леди, вам плохо?

Я моргнула, возвращаясь в реальность. Поднос в моих руках дрожал, чашки позвякивали. Я поставила его на ближайший столик, выдохнула и улыбнулась испуганной Лине.

— Всё в порядке. Просто задумалась.

Но внутри всё дрожало. Кто я? Карина-оригинал, умершая и воскресшая? Или я, Настя из двадцать первого века, которую затянуло в чужое тело? Где кончается она и начинаюсь я? И есть ли у меня право называть себя собой, если во мне столько чужого?

Я не находила ответа. И это пугало больше, чем токсикоз и усталость.

Кофейня тем временем процветала. Мы расширились на второй этаж, как и планировали, и теперь там было три уютных кабинета, читальный зал и комната для шахматного клуба. Посетителей стало ещё больше, и я уже подумывала нанять помощников — Лина и Тиана выматывались так же, как я.

Но вместе с успехом пришли и проблемы.

Первыми поползли слухи. Сначала тихие, шёпотом за спиной, потом громче, наглее. Я слышала обрывки разговоров, когда проходила мимо столиков:

— ...говорят, она спит с призраками.

— ...ведьма настоящая, мужа своего прокляла.

— ...кофе её — это зелье приворотное, потому и бегут все.

Я старалась не обращать внимания, но слухи множились, обрастали подробностями, и в какой-то момент в кофейню начали приходить не ради кофе, а ради того, чтобы поглазеть на «ведьму». Они садились за столики, заказывали по чашке самого дешёвого напитка и сидели часами, пялясь на меня, на призраков, на Тиану с её магией. Это создавало нервозную атмосферу, настоящие посетители морщились и уходили, а я ничего не могла сделать — не выгонять же людей, которые платят деньги.

А потом в городе вышла газетёнка. Маленькая, дешёвая, с кривыми заголовками и вонючей краской. Я увидела её в руках у одного из посетителей и чуть не поперхнулась кофе.

На первой полосе красовалась моя карикатура — меня изобразили с крючковатым носом, в ведьмовской шляпе, с метлой в руках. Вокруг летали призраки с оскаленными ртами, а из чашек, которые я раздавала посетителям, поднимался ядовито-зелёный дым. Заголовок гласил: «Ведьма с Тихого квартала».

Я выкупила эту газету, пробежала глазами статью и почувствовала, как внутри закипает злость. Пасквиль был написан с такой ненавистью, с такой злобой, что даже дышать стало тяжело. Меня обзывали, высмеивали, врали про меня самыми грязными способами. Писали, что я убила настоящую Карину и вселилась в её тело. Что я приворожила призраков и держу их в заложниках. Что мой кофе — это наркотическое зелье, от которого люди теряют волю.

— Леди, — Лина заглянула через плечо и ахнула. — Это же... это же ложь!