Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 94 – Ирина Субач

Злой смешок слетел с губ князя. И едва слышно он произнес:

— Это он-то не обманывал? – Елисей почему-то зацепился только за первую часть моей речи, напрочь игнорируя вторую. – А если я докажу, что Вихрь врал нам с самого начала. И что он никакой не егерь!

Я закатила глаза в ночное небо.

Перун! Помоги!

Дай мне сил дойти до конца и не прибить этого неугомонного, раздражающего типа!

— Елисей, хватит! – рявкнула я, но Гриба неожиданно заинтересовалась.

— Так-так-так… и где же он врал?

Я тряхнула поганку с колобком в своих руках.

— Нашла кого слушать, – попыталась отрезвить ее я. – Он же врет и не краснеет.

— А я все равно бы послушала! – не успокаивалась она, явно вспоминая о своих недавних подозрениях.

— Да-да, – неожиданно встрял в разговор идущий позади Иван, ему явно наскучило идти безучастно. – Я бы тоже послушал.

— Вам не стыдно? – рыкнула я. – Вихрь нас досюда вел, рисковал собой. Даже сейчас путь прокладывает с Финистом. А вы шушукаетесь!

— Вы слепы, царевна, – кривая улыбка возникла на губах Елисея. – Но если чуточку, хоть самую малость вспомните тот прием во дворе вашего батюшки. Последний вечер, когда все видели Василису!

— И? Что? Ну, вспомнила, – раздраженно выплюнула я.

— Вы закатили скандал, – продолжал напоминать Елисей. – Ну же, вспоминайте подробности. Что ему предшествовало?

— Приехали тридцать три богатыря и Черномор, – я все еще не понимала, куда этот гад клонит.

— Нет же, – улыбка стала еще паскуднее. – Вы вошли в зал, уже злая и раздраженная, бросили Ивану шутку про сантиметры!

Я начала что-то припоминать.

— Между прочим, обидно! – поддакнул царевич. – Я Василисе по большой тайне рассказал, а она…

— Это не имеет значения, – отсек Елисей. – Важно то, что было потом. Вы, царевна, шли по залу, пока не вырвали у одного из гостей портрет. Такие получили только принцы, царевичи, князья… в общем, люди знатной крови.

— И что дальше? Да, там был мой портрет и Василисы. Ну, вырвала я его у кого-то из рук.

— А у кого? Вспоминаете?.

Гриба с интересом повернула ко мне голову, так что шляпка назад запрокинулась.

— Он явно на что-то намекает, – выдала поганка.

А я пыталась вспомнить. В тот момент я была так зла, что все кипело внутри. Я не разглядывала того мужчину, помнила только, что он стоял ко мне спиной, и я увидела, как он разглядывал портрет – причем не самый удачный. Меня тогда такая злость взяла!

Но сейчас я пыталась восстановить по крупицам памяти хоть какие-то детали… вспомнила только темные вихрастые волосы…

— В тот вечер Иван был пьян, – пришел на помощь моей памяти ехидный голос Елисея. – А я внимательно наблюдал… Вы вырвали тот портрет у Вихря. Он был на приеме у вашего батюшки сразу, как приглашенный гость!

— Бред! – вспылила я, и мой голос звонко разнесся эхом по лесу, но тут же утонул в этом странном, как кисель, воздухе.

Елки возмущенно заколыхались, они явно все слышали прекрасно и я потревожила их своим криком.

Идущие впереди Вихрь и Финист остановились. Егерь обернулся и окликнул меня:

— Змеина, все в порядке? – донеслось до меня приглушенное, словно через подушку.

— Идем дальше, – что есть сил ответила я, надрывая горло, чтобы Вихрь услышал, хоть расстояние между нами было от силы метров пять… проклятый лес!

Но в порядке я уже точно не была, ведь после слов Елисея память принялась услужливо подкидывать мне крохотные детали того вечера. Я не видела лица, но я видела спину… и она как две капли воды сейчас наложилась на силуэт Вихря, стоящего впереди.