Книга Двуликие, страница 347 – Анна Шнайдер

— Я был не в состоянии. — Эдриан усмехнулся и качнул головой. — Но я и так догадался, что этой девочкой может быть приёмная дочь Розы Тарс, когда приехал в столицу. Риш не смогла бы доверить её никому другому. Если только тебе.

Они помолчали.

— Что знает об амулете Риланд? — поинтересовалась Эмирин и фыркнула, когда Эдриан по-детски ехидно спросил:

— Боишься?

— Нет. Но мне нужно быть в курсе, чтобы учитывать. Вдруг я ошибаюсь?

— Не ошибаешься. Триш говорила ему только, что собирается делать амулет против магии Разума. Это всё. Я тоже не в курсе, что конкретно у неё в итоге получилось, хотя и догадываюсь. Я же артефактор.

«Как и Риланд», — подумала Эмирин и усмехнулась.

Шайна Тарс

Глоток воды из ручья, который оказался природным Источником силы, пошёл мне на пользу, и у меня возникло подозрение, что Норд сделал это специально, дабы я не чувствовала себя настолько разбитой перед балом. Резерв наполнился, и энергии прибавилось — когда я ложилась спать, мне чудилось, будто я вовсе не усну, организм казался переполненным силой. Однако отключилась я практически мгновенно. И увы, но спать без снов не вышло…

Сначала я заметила Повелителя Риланда, который шёл по дорожке рядом со мной, и только потом поняла, что я здесь ни при чём — он шёл рядом с Триш. Вокруг нас было так ослепительно прекрасно, что я даже открыла рот от удивления — мозаичная дорожка, все кустики и деревья аккуратно и линейно высажены и подстрижены, и цвета растений подобраны так, словно это делал не садовник, а художник. И вместо скамеек — качели, и не простые, а серебряные. Несмотря на то, что в парке императорского дворца я была ночью и мало что рассмотрела, я была уверена — там такой роскоши нет, а это… красиво, конечно, но на мой вкус — перебор.

— Ужас! — услышала я вдруг восклицание Триш и обернулась, чтобы посмотреть, на что она указывает с полным отчаяния выражением лица. — Ну зачем придавать этим кустам такие формы?! Пусть бы сами росли!

— Не нравится? — хмыкнул Повелитель, довольно оглядывая мужские и женские фигуры, будто застывшие в танце. Насыщенно-зелёные фигуры: они были вырезаны из кустарника. — А по-моему, миленько. Возможно, со временем это даже войдёт в моду.

Триш поморщилась и явно решила не спорить, сменив тему.

— У меня есть теория насчёт заклинания «огненный цветок», — сказала она, отворачиваясь от стриженых кустиков, и я сразу насторожилась. — Да и не только насчёт него. Я раскладывала формулу заклинания, как ты учил, и мне показалось — та часть, которая отвечает за импульс негативной эмоции, способна на преобразование.

Я вообще ничего не поняла, но для Риланда вся эта тарабарщина, по-видимому, не была бессмысленной.

— Интересная мысль, — протянул он задумчиво. — То есть ты считаешь, что эмоция не обязательно должна быть негативной?

— Да, — кивнула Триш. — Я думаю, она должна быть сильной, как для любого смертельного заклинания. Но это не обязательно ненависть.

— Сильных эмоций только две — ненависть и любовь.

— А страх?

— Недостаточен, — покачал головой Риланд. — Да и он часто ходит в паре с ненавистью. Однако любопытная теория… Получается, что любовь способна нести смерть. Я никогда не думал об этом, ты молодец.

Триш расцвела, полезла за пазуху и вытащила наружу тонкую тетрадку, исписанную вдоль и поперёк формулами и графиками.