Книга Двуликие, страница 246 – Анна Шнайдер

— Пока нет, — протянула Эмирин. — Но я узнаю. Спасибо тебе большое. Можешь идти.

— М-м-м… — Шайна неуверенно посмотрела на неё, и ректор ободряюще улыбнулась.

— Спрашивай, если тебе интересно что-то ещё.

— Наша академия… она умеет разговаривать? — выпалила девушка с таким откровенным любопытством во взгляде, что Эмирин непроизвольно засмеялась. — Простите, если я сказала что-то не то…

— Всё то. Нет, в том смысле, который ты вкладываешь в слово «разговаривать», — нет, Эсса не умеет.

— Эсса?

— Так её зовут, — усмехнулась ректор. — У академии есть подобие разума, но в полном смысле слова разумной она не является. Она может решать некоторые задачи, которые перед ней ставят. Блокировать опасную магию, защитить одного студента от другого, не позволять подслушивать. У неё есть ряд определённых умений, но за их пределами Эсса не может ни мыслить, ни рассуждать.

— Но всё же голос у неё есть.

— Голос есть. Похож на мой, правда? Долгое время она была безмолвна, но потом мы с твоим отцом смогли подарить ей голос.

— С моим отцом?..

— Да, Шани, — Эмирин улыбнулась. — Спроси у него об этом, волчонок. Он будет рад рассказать тебе.

Несколько секунд Шайна молчала, а потом кивнула и тоже чуть улыбнулась.

— Спасибо, профессор. Я спрошу.

Следующей парой у Эмирин была высшая целительская магия у четвёртого курса, и только после её завершения ректор смогла наконец подумать о том, что сказала дочь Дрейка.

Огненный цветок. Связь должна быть двусторонней…

Что-то шевельнулось в памяти, и Эмирин, нахмурившись, решила сходить в библиотеку академии. «Огненный цветок» — заклинание, особенности которого она помнила весьма слабо. Прочитает сначала про него, а потом будет думать даль…

— Мам! — Дверь в аудиторию с оглушительным грохотом распахнулась, и внутрь вбежала Рональдин, а за ней и немного мрачный Дамир. То есть Мирра. — У нас к тебе вопрос!

— Я слушаю, — Эмирин кивнула, захлопывая дверь кратким мысленным приказом. — Что за вопрос?

Парочка остановилась в двух шагах от ректора, взволнованно переглянулась, а потом Дамир выпалил:

— Шайна меня видит!

— А-а-а, вот в чём дело, — протянула Эмирин, изрядно удивив этим и свою дочь, и наследного принца. Они-то ожидали, что она будет в шоке. — Это вполне объяснимо, дорогие мои. Во-первых, Шайна интуит, она ощущает ложь в любых её проявлениях. Но самое главное, конечно, не это, а то, что во-вторых, — амулет, который она носит на своей шее. Заклятье, прячущее твою настоящую внешность, частично базируется на моей магии Разума, а у Шайны к ней иммунитет из-за этого амулета. Он был создан когда-то её матерью, и она сама не ожидала, что так получится. По этой причине иногда, ненароком, Шайна может увидеть тебя, Дамир. Скорее всего, сразу после пробуждения. Я права?

— Да-а-а, — кивнул наследник. — Шани так и сказала — после пробуждения. То есть это кратковременный эффект? Или она может меня увидеть и на большее количество времени?

— На самом деле — да, может. Но только если Шайна будет знать, что Мирра — это ты. И даже с этим знанием получится у неё не сразу, если вообще получится. Это непросто.

— А может, мы не будем ждать, когда она догадается? — спросила Дин. — Она ведь никому не скажет…

— По своей воле — да. Но существуют разные способы развязывать язык… Так что — нет, волчата. Слишком опасно. Она и так знает больше, чем нужно. И общается с тем, с кем не следовало бы. — Эмирин многозначительно посмотрела на Дамира, и он понимающе вздохнул.