Онлайн книга «Двуликие»
|
А я ведь даже не знаю, как он выглядит, этот император Велдон. Посмотреть, что ли, портрет… Отложив книгу в сторону, я подняла голову — и вдруг наткнулась на собственное отражение в настольном зеркале, что стояло неподалёку. Только вот там отражалась не я… Из зеркала на меня смотрела Триш Лаира. Такая, какой она была, учась в академии, — с бледной кожей и разными глазами. Нет, я и раньше ощущала, что это всего лишь сон, а теперь уж подавно… Взяла зеркало в руку, повертела головой, рассматривая мамино лицо. Красивое, даже несмотря на разноцветные глаза, только какое-то слишком печальное. Неожиданно отражение сказало: — Шани. Комната вокруг меня пошла рябью, словно я находилась под водой. — Шани, — вновь шепнула мама в отражении, — скажи Эмирин… Огненный цветок… Скажи! Я хотела спросить, что это значит, но онемела. А мама продолжала: — Связь должна быть двусторонней… Скажи Эмирин, Шани! Комната расплывалась всё больше, и я наконец пришла в себя. — Скажу. Показалось или её глаза наполнились слезами? — Доченька… — тихий, грустный шёпот, а потом — полное молчание. И темнота, накрывшая меня с головой и явно пытающаяся лишить воспоминаний об этом сне. Нет уж. Я никогда не забуду то, что было важно для мамы. Огненный цветок. Связь должна быть двусторонней. Сказать Эмирин. Огненный цветок… Связь… Мне показалось, что спала я минут десять. На самом деле, конечно, гораздо дольше — краем уха я слышала, как вернулись после завтрака Мирра и Дин, а потом они ушли на лекцию по мировой истории. Тишина, блаженная тишина… Но она продолжалась недолго. В дверь начали колотить. Что ж за жизнь-то такая… Поначалу я надеялась — тот, кто стоит за дверью, уйдёт, если я не буду открывать. Но он был настойчив… и именно из-за этой настойчивости я поняла, кто именно решил меня навестить. Встала, поверх ночной рубашки нацепила плащ академии и, хорошенько в него завернувшись, распахнула дверь. — И чего тебе, Коул? Эльф так и застыл на пороге — с занесённой для удара рукой. Посмотрел на меня совершенно ошалевшим взглядом, и я ожидала, что он сейчас что-нибудь ляпнет, но Коул молчал. — Ну? — повторила я. — Чего тебе? Я сплю, не видишь?! И тут он выдал: — Ты такая милая… Я оторопела. Милая? У меня на щеке наверняка след от подушки, волосы нечёсаные, зубы нечищеные. Милая?! — Ты явно что-то не то съел на завтрак, — заключила я, фыркнув. — Бредишь. Эльф усмехнулся, нагло отодвинул меня в сторону и прошёл в комнату. Огляделся с любопытством, остановившись посередине, и сказал: — Сразу видно, что здесь девочки живут. Чистенько так, аж противно. Я сложила руки на груди. — Раз противно — иди отсюда. Я держу тебя, что ли? — Держишь, — кивнул Коул, и я посмотрела на него с удивлением. Точно, бредит! — Вот, возьми. Он протянул мне спелый ямол, очевидно стащенный во время завтрака. — Да не хочу я есть. Я спать хочу. А ты пришёл и помешал. — И что же ты делаешь по ночам? — спросил эльф, опуская руку с фруктом и прищуриваясь. — С чего вдруг такая подозрительная сонливость? — Ну хватит, — я поморщилась. — Посмотрела бы я на тебя, если бы тебя заставляли усиленно учить целительство. Меня эти щиты в могилу сведут, сделают живым пособием для некромантии. — Живое пособие для некромантии — это сильно, — усмехнулся Коул, сразу как-то расслабляясь. — А я подумал… Ладно, неважно. Точно не хочешь есть? |