Книга Преданная истинная черного дракона, страница 76 – Екатерина Борисова

Его бесцветные глаза горят алчным блеском, а пухлые губы недобро ухмыляются.

— На ловца и зверь бежит, — скалится он. А я смутно понимаю, что где-то его уже видела.

Стоит ему перехватить меня за руку и прикоснуться к запястью, как я сдавленно стону от новой порции пронзающей меня острой боли.

Она скручивает меня, не даёт вздохнуть и сообразить, что происходит.

По руке растекается жар, он пульсирует, мгновенно согревая меня.

— Интересно! — присвистывает здоровяк, и я неожиданно со всей ясностью узнаю́ в нём Большого Луи — бандита, у которого «работал» малыш Ноэль. — Значит, чья-то истинная. Идём!

Он резко разворачивается и тащит меня сквозь ледяную пургу.

— Шевелись! — рявкает он, когда я путаюсь в подоле замёрзшего и стоявшего колом платья. — Не заставляй меня тащить тебя волоком.

Я не сопротивляюсь, ничего не говорю, но и облегчать ему задачу не собираюсь.

Я не хочу назад.

Драться с Больши́м Луи глупо! Он в несколько раз сильнее меня — переломит и не заметит.

Он одной рукой может закинуть меня на спину и тащить так.

Вот только зачем ему возвращать меня в таверну? Что ему с того?

Я же уже сказала, что не стану платить за Ноэля.

Надеется получить деньги за моё спасение?

Но додумать я не успеваю, потому что Большой Луи толкает меня перед собой. Пробежав несколько шагов по рыхлому снегу, я едва не врезаюсь в большую плетёную корзину, доверху наполненную какими-то мешками и коробками.

С удивлением оглядываюсь и понимаю, что мы пришли не к таверне. Наоборот, прямо сейчас мы поднялись выше к отвесной стене Большого Пика. Здесь на небольшой площадке, закрытой от ветра естественным уступом, стоит огромная корзина, а под ней сидит худощавый человек в серой ношеной одежде.

Но стоит ему вскинуть голову и пристально посмотреть на нас, как в его взгляде вспыхивают озорные огоньки — дракон. Ещё один.

Но что он здесь делает?

— Погнали! — скалится Большой Луи подельнику. — Впрягайся.

— А она? — с каким-то мрачным любопытством разглядывает меня этот дракон.

— Полетит в корзине с нами. Так что неси осторожнее, не вырони...

— Ты меня знаешь, — худощавый поднимается, разминает на удивление широкие плечи и казавшуюся сгорбленной спину, стряхивает налипший на одежду снег и начинает оборот.

Я никогда не видела, как оборачиваются драконы.

За последний месяц я несколько раз летала на драконьем извозчике, но каждый раз была уже в карете и слышала только шорох и хлопанье крыльев снаружи.

А сейчас всё происходило прямо на моих глазах.

Худощавый дракон расправляет плечи, прикрывает серые горящие огнём глаза и замирает. А уже в следующую секунду его лицо заостряется, морщится он мимолётной боли.

Следом раздаётся хруст ломающихся костей и выворачивающихся суставов.

Его поджарая, высокая фигура удлиняется, раздаётся вширь. Колени подгибаются, выворачиваются в обратную сторону, руки неожиданно быстро удлиняются и упираются в снег, а в следующее мгновение взлетают вверх уже перепончатыми крыльями.

Я не успеваю уловить момент, куда девается одежда. Просто вместо человека передо мной оказывается огромный дракон, который яростно фырчит и кивает мне на корзину.

— Давай! — подталкивает меня Большой Луи.

— Вы шутите? — я замираю, разглядывая корзину, полную вещей сквозь ледяной буран. — Драконы не летают в бурю.