Онлайн книга «Я растопчу ваш светский рай»
|
В центре пещеры, в самом сердце каменного зала, стоял камень. Он не был похож на обычные валуны, что устилали склоны гор. Этот был гладким, отполированным — не водой, нет. Руками. Веками прикосновений. И на нём — символы. Илания замерла. Тот же, что в дневнике Гели. Тот, что она видела во сне. Древний. Забытый. Но здесь, выгравированный глубокими линиями, он казался живым. Линии пульсировали — или ей только казалось? — Альдор, — позвала она. — Посвяти сюда. Он подошёл, поднял факел выше. Символы заиграли бликами. Некоторые были простыми — круг, линия, точка. Другие сложными, переплетёнными, как корни деревьев. Илания протянула руку и коснулась камня. Было не больно. Ярко. Свет хлынул отовсюду, затопил сознание, разорвал пелену реальности. Илания не видела пещеры, не чувствовала камня под ногами. Она была в другом месте. В другом времени. Зелёные холмы. Синее небо. Люди — их много, они улыбаются, они тянут руки друг к другу, и между ладонями сверкают искры. Дети бегают по траве, и трава за ними цветёт быстрее. Старик сидит у дерева, и дерево склоняет ветви, защищая его от солнца. «Так было», — голос раздался отовсюду и из ниоткуда. Глубокий, древний, как эти горы. «Так было до того, как пришли палачи». Картина сменилась. Костры. Крики. Люди в масках, волокущие детей за волосы. Стены, на которых выбиты те же символы, что на камне, — их сбивают молотами, замазывают глиной, оскверняют. «Они убивали нас. Жгли наши дома. Запрещали нашу правду. Мы ушли в горы, под землю, в пещеры, куда они боялись соваться. Мы старались выжить. Сохранить знания». Голос стал тише. Устало. «Но время уходило. Мы старели. Дети рождались слабыми — без магии, без огня в крови. Канал истончался. И тогда я понял: мы должны оставить след. Камень, который запомнит. Который дождётся». Илания увидела его. Старик с длинной седой бородой, в простых одеждах, стоял на коленях перед этим камнем. Его руки светились, и свет перетекал в камень, вплавлялся в него, становился частью структуры. «Я запечатал здесь всё, что помнил. Всю боль. Всю надежду. Все знание. Я ждал, что придёт тот, кто сможет услышать. Сильная душа. Та, что не побоится. Та, что закончит гонения. Вернёт магию в этот мир». Картинка поплыла. Голос зазвучал громче, заполняя всё пространство сознания. «Магия всегда была на этой земле. Она не чуждая, не опасная — она такая же естественная, как дыхание. Как кровь в жилах. Не надо бояться. Прими дар. Продолжи дело. Ты — та, кого я ждал». Свет стал невыносимым. Он тянул Иланию внутрь камня, растворял границы между ней и древней памятью. Она чувствовала, как тает, как теряет себя, как становится частью чего-то огромного, вечного, необъятного… Рывок. Жёсткая хватка за запястье выдернула её из света. Больно, резко, как за волосы из омута. — Илания! Голос Альдора прорвался сквозь гул. Она открыла глаза — и не сразу поняла, где верх, где низ. Пещера качалась. Камень пульсировал тёмным, глубоким светом, будто нехотя отпуская добычу. — Ты исчезала, — сказал Альдор. Дышал тяжело, лицо белое, глаза расширены. — Я смотрел — ты становилась прозрачной. Камень… он ел тебя. Илания смотрела на свою руку. Обычная. Плотная. Живая. — Я должна… — начала она. — Ничего ты не должна. — Он не отпускал её запястье. — Приди в себя. Ты чуть не ушла туда. А, если бы ты не вернулась? |