Книга Ты меня (не) любишь, страница 80 – Мари Са

Ищу глазами Богдана в толпе, как вдруг неприятный, знакомый голос ударяет в спину:

— Надо же! Какие люди! Привет, Ангелина. Очень рада тебя видеть здесь.

Ее голос, как шипение сотни змей. До нутра пробирает. А я сейчас слишком на взводе для вежливых расшаркиваний. Так что не пойти ли этой роскошной брюнетки, куда подальше!

— Прости. Мы спешим.

И уже отвернуться собираюсь, как она меня за край рукава хватает. К себе разворачивает.

— Мы?! - взгляд вниз, и я Данилу за спину толкнуть не успеваю. Хотя, разве это поможет? - У тебя есть сын?

— Да, - глупо отрицать очевидное, но вроде как я не должна отчитываться. Не перед ней так уж точно, - а теперь отпусти пожалуйста. Нам нужно идти.

Еще раз рукой дергаю. Но она держать продолжает. Вот ведь вцепилась маникюром своим дорогущим.

— Богдан взял тебя с ребенком?

Откуда столько удивления? Презрения не прикрытого. И это злит непомерно. Может хватит этим богачам считать меня третьим сортом. На время даже мысли о сыне перестают стопором работать. Как же они все меня достали. И даже Богдан! Его тоже ненавижу. Сама не понимаю почему. Ведь он здесь совершенно ни при чем.

— И что в этом такого? Что тебя удивляет? Чем женщины с ребенком хуже?

Руки в бока утыкаю. Еще сильнее начинаю закипать.

— Ты ведь не думаешь, что Богдан с тобой серьезно? - вопросом на вопрос отвечает.

— Эй! Ты о чем?! Мы женаты! Что может быть еще серьезнее брака.

— Мам… - слегка испуганный голос Дани отрезвляет.

Что я творю? Затеяла склоку из-за мужчины прямо на глазах у собственного сына. На корточки присаживаюсь. В глаза заглядываю.

— Все хорошо, милый. Ты устал? - он кивает, - сейчас домой поедем.

— Можно я с горки во дворе покатаюсь?

— Конечно.

По голове его глажу. Но внутри продолжает все кипеть. Злюсь на себя. На Тамару. На Жанну. И на Богдана. На него почему-то сильнее всех. Хотя по сути его вины нет. Вряд ли он мог предусмотреть поведение своей матери. О Жанне вообще молчу. Но мысль о том, что эта женщина побывала в его постели, как новый виток агонии. И как озарение. Это ревность! Я просто ревную. Но ясной работе мыслей открытие нисколько не помогает.

Встаю и тяну сына за руку. Нужно уйти поскорее из этого дома. Скорее выбраться на улицу. Скорее сделать вдох морозного, свежего воздуха. Который прочистит мозг. Вернет способность мыслить, а не действовать на эмоциях. Пока еще каких делов не натворила. Пока окончательно себя дурой не выставила.

Почти отхожу. Но платье внезапно цепляется. Ухоженная рука с красивым маникюром остервенело сминает дешевую ткань рукава.

— Я с тобой еще не закончила! – шипит раздраженно, - не смей отмахиваться от меня как от насекомого. Ты грязная…

Резкий рывок. Мой. И тонкие пальцы срываются. Не успевают ухватиться за скользящий материал. Все-таки есть в дешевой синтетике свои плюсы. Жанна взмахивает руками, как птица с подбитым крылом. И начинает заваливаться. Падает назад. Помочь ей никто не успевает. И она летит прямо на столики позади.

Грохот. Звон стекла. И аппетитные закуски разлетаются, как из катапульты выпущенные. Выстреливают прямо в толпу. Пачкают дорогие наряды гостей. Кому-то в волосы попадают.

Пожалуйста, скажите, что это был не праздничный торт! Что это не он сейчас украшает бесформенной кашей дорогущее платье брюнетки. А взгляды вокруг совсем не на меня направлены. Пожалуйста, пусть все это просто сном окажется!