Книга Ты меня (не) любишь, страница 42 – Мари Са

Вся дрожу от нервного напряжения, когда поднимаюсь в лифте на нужный этаж. Здороваюсь с милой секретаршей. Ревную, как дура. И замираю на пару секунд, прежде чем войти внутрь. Прежде чем порог переступить. Прежде чем вновь разделить наши жизни на «до» и «после». Будет ли он рад? Буду ли рада я?

Глава 21

Шагаю. Спотыкаюсь. Вижу, как он дергается. Но удерживается. Сидеть продолжает. Не спешит мне на помощь. Руку подать. Оно и правильно. Не надо мне помогать. От его помощи одним проблемы.

Кое-как на ногах удерживаюсь. К столу подхожу. Лицо его рассматриваю. Ухмылку злую почему-то. Опять в ней презрение. Брезгливость даже. Я устала от этих его эмоций. Осознаю вдруг, что других жду. Другую улыбку хочу увидеть. Теплую. Нежную. Взгляд другой. Каким он раньше только на меня смотрел.

Вернется ли это все, если правду открою? Признаюсь. Прощения попрошу, что поверила глазам своим, а не сердцу. Простит ли? Примет? Сможем ли мы начать все с нуля. Или хотя бы просто не быть врагами. Не ради нас. Ради сына.

Воздух в легкие втягиваю и уже рот открываю. Как он перебивает:

— Ну, что? Как пообщалась с «подружкой» своей? - ледяным тоном по кабинету разносится, - знаешь, я ее даже не сразу узнал. Как жизнь людей то меняет. И что обсуждали? Зачем встречались?

— Не понимаю, о чем ты? - бормочу и губы кусаю.

Значит следил. Значит не простой водитель мне достался.

— Все ты прекрасно понимаешь, Ангелина! - он встает и два шага ко мне делает, - дурочку из себя не строй. Ты ведь такая же как она? Привыкла в теплые постельки прыгать! А я в универе все гадал, почему ты с ней дружишь. Вы ведь такие разные. На ней клейма негде ставить. Но оказывается не только на ней!

Смотрит зло. Унижает опять. Я вдруг вспоминаю, почему о сыне говорить ему не хотела. Ведь он больше не тот Дан из прошлого. Светлый, лучезарный мальчик. Мечта всего факультета. Богдан изменился. В дикого зверя за эти годы превратился. Который никого не пожалеет. Который никого не пощадит.

Нужен ли такому человеку сын? Сможет ли он стать хорошим отцом. Примером? Наставником? Если таким как сейчас, то не надо. Лучше уж тогда совсем без отца.

Мысль эту горькую проглатываю и уйти решаю. Зря пришла. Былого уже не вернуть. И разбившуюся чашку не склеить. Можно только хуже сделать. А этого я не хочу. Куда уж еще хуже. Итак, во врагов превратились.

Шаг назад делаю, но замираю. Внутри ярость вспыхивает. Ослепляет. Двигаться мешает. Хочу ему тоже больно сделать. Или хотя бы неприятно.

— Я вот зачем пришла, - взгляд его тяжелый выдерживаю, - мы скоро поженимся, но брак фиктивный будет. Я девушка молодая красивая, опять же клейма на мне негде ставить, - почти с удовольствием замечаю, как его лицо дергается, гримасой искажается, - в общем я привыкла к активной половой жизни. Так что давай договоримся. Ты не обращаешь внимание на мои связи, а я на твои. Кстати… Та девушка, секретарша, очень милая. Наверняка горячая штучка в постели. В общем если ты ее уже…

Не успеваю шпильку до конца ввернуть. Он так быстро меня настигает, что словами давлюсь. Назад дернуться не успеваю. Чтобы к двери подбежать. Его пальцы уже на моем затылке. Другая рука оба запястья сминает. Тащит к огромным окнам в пол. Как же они называются? Ах точно! Панорамные. Прозрачные. И город за ними, как на ладони. Ведь мы на одном из последних этажей самого высотного здания.