Книга Вернуть жену. Жизнь после любви, страница 63 – Алекс Мара

Как я могла?

Как позволила себе забыть, что с Ярославом не может быть просто?

Неужели забыла, что за красивые слова всегда нужно платить и что мужчина, который однажды сломал тебе жизнь, наверняка сделает это снова?

Лейла продолжает что-то говорить Ярославу, злое, резкое. Он сжимает челюсти, но не перебивает.

Не защищается.

Не оправдывается.

А значит — она говорит правду.

Она беременна от него.

Осознание этого добивает меня окончательно.

Во мне всё рушится.

Все новые чувства, робкие, едва появившиеся.

Надежды, которые я боялась признавать.

Моменты, когда мы казались почти семьёй.

Улыбки детей.

Взгляды, которыми Ярослав обещал, что в этот раз всё будет иначе, по-настоящему и до конца.

Кто верит взглядам?! Очевидно, что я.

Ложь. Всё ложь.

Единственное, что удерживает меня от того, чтобы закричать, — это понимание, что если я сейчас впаду в истерику, то это наверняка привлечёт внимание детей, и тогда всё будет хуже, намного хуже.

Но внутри меня всё кричит.

Мне хочется исчезнуть. Убежать. Забыть, в этот раз уже навсегда.

Но я стою на месте как привязанная.

Холодная.

Пустая.

Смотрю на них — на своего бывшего мужа и его беременную жену — и чувствую, как внутри всё ломается по линиям старых переломов.

Ярослав так и застыл на месте, стоит спиной ко мне. Широкие плечи напряжены, словно каменные. Лица не видно. Я даже не могу понять, осознаёт ли он, что я здесь, слышу каждое слово… слышу Лейлу и вижу его бездействие.

— Что застыл, Ярослав? — Голос Лейлы, ледяной и презрительный, режет воздух. — Неужто удивлён? Неужто для тебя это открытие, что от семейной жизни появляются дети?

Он не двигается. Не отвечает.

— Или ты наврал своей любовнице, что не имеешь со мной ничего общего? — Она поворачивает голову, и её взгляд падает на меня, скользит по моему лицу с ленивым удовольствием хищницы, нашедшей слабое место своей жертвы. — Ну да. Точно. Вижу по шокированному лицу Маргариты, что так и есть. Именно это ты ей и сказал, а она тебе поверила, наивная.

У меня перехватывает дыхание, но губы сами сжимаются, пытаясь удержать остатки достоинства.

Лейла чуть склоняет голову, рассматривая меня, словно музейный экспонат.

— Честно говоря, я удивлена, что Маргариту было так легко обмануть, — продолжает она таким тоном, будто обсуждает что-то гадкое и мелочное. Причём говорит обо мне в третьем лице, продолжает обращаться только к Ярославу, словно меня здесь нет. — Твоя любовница казалась мне более умной и осторожной. В прошлом она так хорошо тебя обставила. Продала секреты твоей компании, чуть не уничтожила тебя…

Лейла делает паузу, криво усмехается.

— Я думала, что она умная и хитрая девица, а теперь оказывается, что она такая же тупая, как все тупые бабы, которые позволяют мужикам ими пользоваться и вытирать о них ноги.

Её слова падают, как осколки стекла. Я почти физически чувствую, как они оставляют порезы на моей душе, но ничего не могу с собой поделать. Не знаю, как защититься от правды.

Если бы Сеня был рядом, он бы согласился с Лейлой. Сказал бы, что я сама навлекла на себя этот кошмар и сама ранила Матвея. И это было бы правдой.

Иногда за доверие платят кровью и душой.

Лейла делает шаг ближе, смотрит на меня сверху вниз, с тем самым снисходительным отвращением, которое обычно приберегают для грязи на ботинках.