Книга Имран. Заберу тебя себе, страница 64 – Лена Голд

— Знаю я своего отца, Алина. Окей, поедем. Завтра. Закажи себе еще и одежды. Не знаю, туфли, сумки… и для работы и чтобы ежедневно. Хочу, чтобы у тебя все было.

— У меня все есть…

— А еще я хочу, чтобы ты соглашалась на все, что я от тебя попрошу, — он смотрит мне в глаза.

— Хорошо, любимый муж. Как скажешь.

Имран, глядя на меня, сглатывает. Шумно так, тяжело.

Да… он же просил не влюбляться. А я его назвала любимым… Ему… неприятно?

— Прости.

Стоя посреди новой квартиры. смотрю, как Алиса перебирает вещи. Она аккуратно раскладывает их по полкам, поглаживая каждую будто не верит, что всё это теперь её.

Квартира небольшая, но светлая. Двушка на этаж выше нашей. Имран сказал, что так будет правильно — близко, но с личным пространством. Я сначала сомневалась, не рано ли, но он только головой покачал:

«Она уже взрослая. Ей нужно своё место. А то, что рядом — так и безопаснее, и ты спокойна».

А еще, мне казалось, у Имрана просто были завязаны руки. Он не мог обнять меня, когда хотел, не мог целовать. Рядом с моей младшей сестрой это казалось неправильно. Поэтому решил, что и мы и она должны жить отдельно.

Умный. Чертовски умный.

— Лина, ты посмотри на это! — Алиса вытаскивает из пакета очередную коробку. — Это же джинсы, которые я в прошлом году в инстаграме лайкала! Откуда он узнал?

Я усмехаюсь. Имран за эту неделю устроил настоящий шопинг-блицкриг. Сначала я пыталась сопротивляться, говорила, что Алисе хватит самого необходимого. Он посмотрел на меня взглядом, от которого внутри всё переворачивается, и сказал: «Ты купишь себе и ей. Всё, что нужно. И даже того, что не нужно. Я не хочу, чтобы твоя сестра чувствовала себя гостьей, которая боится лишний раз дышать. Она будет нормально жить. Как и ты. Возражения не принимаются».

Я попыталась возразить. Правда. Но он просто сунул мне карту и уехал на встречу. Все покупала я. Искала именно то, что во вкусе сестры.

— Он просто внимательный, — отвечаю я. — Ты ему понравилась. Он хочет, чтобы тебе было комфортно. Ну и ведь не чужая…

Алиса замирает с джинсами в руках.

— Лина… Скажи честно. Это всё не потому, что я обуза? Он не жалеет меня?

Господи, как же это больно слышать. Эта её привычка искать подвох, ждать, что доброта обернётся упрёком. Отец выдрессировал в ней уверенность, что она никому не нужна просто так.

Подхожу, забираю у неё джинсы, кладу на диван. Беру её лицо в ладони.

— Слушай меня внимательно, Лис. Ты не обуза. Ты — моя сестра. А Имран мой муж. Мы — твоя семья. Семья не считает, кто кому сколько должен. Ты бы считала, если бы я к тебе приехала? Если бы у тебя была возможность помочь, ты бы отказалась? Послала бы меня куда подальше?

— Нет, но…

— Никаких «но». — Я слегка сжимаю пальцы, заставляя её смотреть мне в глаза. — Ты заслуживаешь всего этого. И большего. И если ты ещё раз скажешь про обузу, я обижусь. Сильно обижусь, Алиса. Поняла?

Сестра долго смотрит на меня. Потом ее глаза наполняются слезами, но она улыбается.

— Поняла.

Лиса вытирает щёки тыльной стороной ладони и снова тянется к вещам.

— С ума сойти. У меня никогда столько не было. Я даже не знаю, куда это всё складывать.

— Разберёшься, — улыбаюсь я. — Кстати. Ты завтра в офис к Имрану выходишь?

Алиса заметно напрягается, но в глазах вспыхивает интерес.