Книга Я с тебя худею, страница 55 – Татьяна Донченко

— У нас была сделка. Несколько лет назад. Если он хоть раз сорвется — будет жить по моим правилам!

В палату заходят двое: огромный, тучный мужчина с внушительным животом. Седина покрывает всю его голову и бороду, когда-то черную, теперь ставшую серой. Он смотрит зорким взглядом сквозь строгие очки сначала на меня, потом на «спящего» Соколова. За мужчиной появляется стройная, красивая женщина, внешне намного моложе его… и тоже с внушительным животом. Она держится за него, словно оберегая от всех опасностей вокруг. При виде Леши на постели она громко ахает и закрывает рот. Глаза женщины наполняются слезами.

— Сынок… — она медленно подходит к постели и берет Соколова за руку. Мне становится неловко от проявления чувств матери к сыну, хочется плакать от трогательности этого момента. Мужчина при этом перекидывается парой слов с медсестрой и поворачивается ко мне.

— Вы кто? — его строгий голос сотрясает стены небольшой палаты.

— Я…

— Это — моя девушка, — слабым голосом отвечает Соколов и пожимает руку мамы в ответ. Она устремляет любопытный взгляд на меня и внимательно осматривает.

— Олеся, — не сказала, а приглушенно выдохнула я.

Соколов сияет, наблюдая как я теряюсь под пристальным взглядом его родителей. Радуйся, радуйся! Я строго смотрю на него, намекая на то, что его ждет хорошая взбучка за его маленькую ложь.

— Пожалуй, оставлю вас, — проскальзываю к двери, красная как помидор. — Было приятно с вами познакомиться.

— До свидания, Олеся, — тепло отзывается мама Соколова.

Я буквально выбегаю в коридор, слыша напоследок мужское ворчание:

— Готовь свою подружку к отношениям на расстоянии. Пора браться за ум!

Я не совсем понимаю, что это значит, но догадываюсь, что ничего хорошего.

Неделя выдается насыщенной. Каждый день по утрам я езжу в город и тренируюсь с Марьяной или с Тимуром. У них совершенно разный подход к занятиям. Хасанов делает упор на растяжку, а его девушка — на кардио. Она гоняет меня по всем групповым занятиям, которые ведет сама: от степа до зумбы. К обеду я не выхожу, а выползаю из зала.

Питание, которым меня снабжает Тимур, и усиленные тренировки уже дают первые плоды — минус четыре килограмма. Это не много на фоне желаемых пятнадцати, но я уже чувствую легкость в теле, в движениях и особенно это ощущается в поясе, на котором наконец сходятся пуговицы.

Стоило продержаться всего неделю, есть четко по часам и я привыкаю к правильному питанию. Я начинаю думать, прежде, чем съесть что-то вредное. Становится тупо жалко потраченных трудов. Каждый эклер, каждый чебурек будет стоить мне несколько часов изнурительной работы в зале.

Днем я зависаю у Маруськи или встречаюсь с цензорами, чтобы поделиться мыслями и новыми авторами. Аксенов с самого выпускного куда-то пропадает. В чатах появляется редко, а на его личной страничке — полное затишье. У меня закрадывается подозрение, что это связано с «Бьюкенен», но я гоню невеселые мысли прочь. Гораздо приятней думать об этом мужчине, как о закоренелом холостяке, которого не заарканить такой пустышке, как она.

Сегодня я возвращаюсь домой позднее, чем обычно, едва успеваю на последний автобус. Милаш встречает меня у ворот с поводком в зубах и тычет его мне в руку, ждет вечернего променада по улице к страху и ужасу всех соседей.