Книга Образцовый доктор, страница 72 – Татьяна Донченко

Машуля отстранилась от Алексея, ее лицо сияло сквозь слезы. Она посмотрела на него своими ясными, детскими глазами и произнесла:

— Я буду тебя очень-очень сильно любить! Чтобы ты был рад, что я твоя доченька.

Я не выдержала и подошла к ним, обняв обоих.

Машуля, мое четырехлетнее олицетворение дзена, продолжала стойко переносить больничные тяготы.

Она умудрялась спать с блаженной улыбкой Будды когда ей меняли капельницы.

Но кульминация дня, конечно, визиты Кораблева. Мой мужчина мечты, герой в белом халате. Заглядывал в перерывах между спасением мира (ну, или хотя бы одного пациента), приносил свежие анекдоты и море обаяния.

Я наблюдала за ними и размышляла: кажется, я больше не вписываюсь в эту гармоничную атмосферу. Алексей всегда рассказывал о каких-то случаях из практики, а Машуля буквально заглядывала ему в рот и сияла, как солнечный зайчик.

Вечером, когда Машуля снова уснула, я долго смотрела на ее маленькое личико. И благодарила судьбу за то, что она у меня есть, и за то, что она шла на поправку.

— Как вы? – заглянул Кораблев, увидел, что дочь спит, и, кажется, расстроился, что его очередная шутка не найдет благодарного слушателя.

— Уснула, – устало улыбнулась я, – попросила кашу.

— Аппетит появляется, это хорошо, – он сел рядом со мной на мою постель и обнял. – А ты как?

— Рада, что ей становится легче.

— А тебе? – он заглянул мне в глаза. Скорей всего, увидел в них весь спектр эмоций: и благодарность, и счастье, и любовь.

— Я потихоньку возвращаюсь в работу, просматривала через телефон документы, скоро конец месяца, одна из студий план не выполняет, резко просела с уходом топового менеджера, и я не знаю, как им помочь.

— Ротация могла бы помочь?

— Тех, кто действительно смог бы, мне не хочется выдергивать с их насиженных рабочих мест, некоторые клиенты идут только к ним.

— Уверен, ты что-нибудь придумаешь, – он чмокнул мои губы и улыбнулся. Кажется, в его глазах я видела отражение своих чувств.

Я только сейчас заметила, что он был без халата.

— У тебя закончилась смена?

— Да, примерно час назад.

— Почему же ты не идешь домой?

Он смотрел на меня с улыбкой, а во взгляде: «А ты не догадываешься?» Я поцеловала его и едва остановилась, чтобы этот поцелуй не перерос во что-нибудь запрещенное.

— Я так рада, что Машуля знает правду о тебе, – сказала я, оторвавшись от его вкусных манящих губ. – Теперь я больше никому не лгу. Это так… освобождает.

Я сделала глубокий вдох и поняла, что мне действительно легко. Как никогда.

Постучав, к нам в палату заглянула Люся.

— Привет, – помахала рукой и заметив, что Машуля спит, перешла на шепот. – Ну, что готовы?

— Куда? – удивилась я.

— Люсь, я еще не успел предложить, – устало вздохнул Алексей.

— Упс, – она прикрыла рот рукой и тихо посмеялась. – Ну а что ты тупишь, зови ее поужинать, а я пока побуду с Машулей.

— Поужинать? – я хитро смотрела на брата и сестру.

— Таков был план, – он обернулся к сестре и проворчал: – Спасибо, Люся.

— Да не за что, обращайтесь, – махнула она, сделав вид, будто не поняла, в чем, собственно, его укор.

Я немного напряглась оттого, что она снова не торопится домой.

— Ты же помнишь, что можешь поехать к нам в квартиру с Машулей? – сказала я настойчиво.

— Да, думаю, я так и сделаю, – закивала она, будто не желая обсуждать это при брате.