Книга Пышка на пасеке, страница 33 – Жанна Софт

Выгрузив очередное видео, возвращаюсь к работе, отложив телефон.

К вечеру, когда мы наконец все закончили, заказали пиццу и сели на веранде ужинать с бокальчиком красного вина, я вошла на свою страничку и обалдела! Что там началось! Мои близкие на ушах стояли от вида мощной мужской спины в моей спальне. Сыпались какие-то сомнительные комментарии о том, чтобы я не терялась и брала такого рукастого мужика в оборот. От смущения, разволновавшись, пережала кнопку телефона и случайно выключила совсем, выдыхая с облегчением.

— Ты чего это? — Саня тут же подмечает моё странное состояние.

Пожимаю плечами, грустно отвожу глаза.

— Устала, — наконец, придумываю подходящий ответ.

— Да, сейчас тяжело. Но что будет, когда мы закончим! Просто обалдеешь. Отреставрируем фасады твоей кухни, завтра покажу тебе, как шлифовальной машиной работать. Тебе понравится.

Сомневаюсь, что он прав, но киваю с благодарностью.

— Не работала раньше ней?

Отрицательно качаю головой, пока до моего соседа приходит другое осознание.

— Слушай, а кем ты работала раньше? Ты не рассказывала.

Вздыхаю, вспоминая долгие дни в душном офисе.

— Бухгалтером.

Савельев вскидывает брови и оглядывает меня с ног до головы.

— Ничего больше не умею, — отпиваю вино из бокала, ощущая, как медленно тело отзывается и наполняется теплом.

— Ну, видео ты смешные снимаешь, — вдруг замечает Саня, — я подписался на твою страничку в соцсети. Видела, что устроили твои подписчики под последним?

Жар окатывает меня, щёки вспыхивают. Стыдоба-то какая!

— Тебе надо попробовать, Кать. Многие сейчас миллионы на блогерстве зарабатывают, ты чем хуже?

Неожиданный поворот событий. Задумываюсь.

— Да что я могу рассказать? Я же ничего не умею…

— Твоё обаяние и остроумие подкупает. Ты даже из ремонта умудрилась сделать что-то забавное и интригующее. Вот ремонт — чем не контент? Про сад-огород рассказывай, про то, как готовишь. Думаю, варёная курица с перьями всех бы повеселила, — усмехается мужчина, и я вдруг понимаю, что он ровным счётом всё подмечает.

Но не говорит. Опасный человек, что уж говорить.

Смотрю на Саню в попытке понять, зачем ему это всё нужно вообще. Но потом вспоминаю, что он один совершенно, и временем располагает, так же как и нерастраченной энергией.

— Ладно. Попробую.

Савельев кивает и тяжело поднимается, оставив опустевший бокал.

— Пошли спать. Тоже устал что-то дико.

Мужчина следует в свой душ, пока я растерянно поласкаю бокалы от вина и нервно раздумываю где он будет спать и не забыл ли об обещании? Или может уже перестать ломать комедию? Мы же взрослые люди, чёрт возьми!

— Кать! — зовёт Саня протяжно, хлопнув дверью душа.

Я спешно выглядываю из кухни.

— Я пошёл к тебе, — в свежих шортах и майке, вещает хозяин дома, — если что — звони.

Киваю, а сама думаю, зачем ему уходить? Разве что мои пожитки сторожить? Но не останавливаю Савельева. Он уходит, закрыв за собой двери, а я, быстро расправившись с бытовыми потребностями, укладываюсь в его кровать. Как же здесь хорошо! Пахнет древесиной и Савельевым. Уютно и тепло.

Засыпаю мгновенно, тут же отключившись от реальности. Но пробуждаюсь по дачной традиции с петухами. Умываюсь и бреду на кухню, сварить кофе и пожарить яиц на завтрак. Едва кофеварка начинает пищать, подмечаю, как Савельев выходит из моего дома и следует на завтрак, в одних шортах. С утра уже шпарит невыносимая жара. Окна нараспашку, но воздух плотный, влажный, не шелохнётся от ветра.