Книга Отогрей моё сердце, страница 10 – Люсинда Миллер

Но Есения, вдруг вспомнив руки Архипа, что к ней прикасались ночью, смутилась. Как будто они занимались нечто большим и теперь при свете дня тайна раскрылась.

— Очень приятно, Есения, - произнесла куда-то в сторону и прошла к своим вещам.

По всему было видно, как она не рада соседству. Архип достал пачку сигарет из кармана куртки и, встав с кушетки, вышел в коридор. Давая и себе возможность осознать внешность девушки, и ей побыть в уединении. Зашел в тамбур. Зажег сигарету и затянулся, глядя в круглое окно двери вагона. Утренняя серая мгла рассеивалась – рассвет спешил в Зауралье. Курил не спеша, делая глубокие длинные затяжки.

"Молоденькая совсем. Светловолосая и не похожа на мою бывшую жену. Интересно, напугал ее своей внешностью или ночным вниманием?"

Есения ненадолго скинула напряжение и пока попутчик отсутствовал, быстро переоделась в спортивную футболку. Находиться в той, что служила ей ночной рубашкой и пахла чужаком больше не могла, слишком остро ощущая его присутствие. Взгляд черных раскосых глаз, высокие скулы и смуглая кожа выдавали в нем монголоидную расу. Малочисленные народы: ханты, манси, якуты и чукчи повсеместно населяли заполярный круг и выходили за его пределы. Переезжали в города, учились в высших заведениях и все чаще вступали в брак с европейцами. В школе учились несколько человек этих этнических групп, но Есения с ними общалась только в рамках школьного пребывания.

"Ему за тридцать или около сорока. Крупный мужичина, судя по широкому мускулистому торсу, и взгляд охотника, изучающего добычу. Надеюсь, он не агрессивный и мы не пострадаем!"– с волнением размышляла Есения.

Соседи.

— Мама, а что мы будем кушать? – Вера вылезла из-под стола, держа крысу в руках, и та, задрыгав лапами, выскользнула и прыгнула на застеленную кушетку.

— Вера! Держи грызуна, а то прошмыгнет в коридор и люди могут задавить нечаянно.

Но предупреждение запоздало, крысеныш ловко бегал по мягкой обшивке стен, и спрыгнул на пол. В этот момент дверь отползла в сторону и крыса, увидев тоннель свободы, быстро прошмыгнула в коридор между ног Тукаева.

— А… мама, Одуван сбегает, - закричала девочка испуганно и тут же начала плакать.

— Блин, Вера, я же говорила не выпускай из клетки зверя, - рыкнула на дочь и, зло взглянув на виновника побега крысы, пустилась вслед за ней.

Архип какой-то миг соображал, что произошло в его отсутствие и наконец понял.

— Вера, не плачь, сейчас дядя изловит твоего питомца, - попытался утешить хныкающего ребенка. – И покрупнее ловил, - подмигнул растерянному созданию и поспешил следом за ее мамой.

Есения находилась уже на середине прохода, встав в провокационную позу на колени, заглядывая под решетку отопления и подачи воздуха.

— Ах ты скотина такая, хочешь чтобы тебя съели дикие звери, вылези ты на улицу, - пытаясь схватить юркое тело грызуна. – Побегай еще мне, запру и до дома в руки не возьмем.

Тукаев бесшумно приблизился, жадно смотря на обтянутые ягодицы девушки. Ночь плохо спал из-за незнакомки, теперь с раннего утра так призывно приветствует, что снова стало тесно в штанах. И от этого стало не по себе. Привычный к длительному воздержанию, вдруг перестал контролировать либидо. А она, стоя под ним, как назло, покачивала тазом вверх-вниз, пытаясь достать животное. Архип зажмурил глаза, встряхнув головой, присел рядом. Быстро наклонился лицом к полу и, приметив спринтера, выбросил руку вперед и извлек его уже в кулаке. Крыса пискнула от захвата, но тут же смолкла, глядя мелкими красными бусинами в глаза охотнику.