Книга Украденная ночь, страница 50 – Люсинда Миллер

Девушка, остужала чай, попивая его маленькими глотками, изображая праздную беседу с давним знакомым.

— А ты не догадываешься? — более жестко прозвучал его голос.

Руслана не могла себе признаться, как рада видеть этого демона. В смоляных волосах кое где проступила седина, делая его образ более зрелым и мрачным.

— Руслана, — Рауль встал из-за стола и, обогнув край, приблизился к ней, навис, опираясь ладонью о столешницу. — Кто отец ребенка?

Янтарные глаза скрестились с обсидиановыми, оттягивая ответ.

— Ты, — на выдохе призналась.

Рауль со свистом втянул воздух, резко выпрямившись. Одно дело предполагать и другое знать наверняка. Руслана вскочила со стула, попыталась пройти мимо, но тут же его пальцы перехватили ее за запястье, дернули на себя.

— Почему ты мне не сообщила? Мало того, ты даже не давала возможности до тебя дозвониться! — Рауль жестко смерил взглядом.

— А чтобы изменилось, скажи? — она вздернула подбородок, сжав зубы.

По-прежнему удерживаемая им, начала волноваться и защищаться.

— Ты меня использовал самым примитивным самцовским способом. Не думаю, что тебе нужен был случайный ребенок. Мало того, он бы тебе оказался помехой в твоей неконтролируемой похоти.

Рауль едва успел переварить новость об отцовстве как снова был нокаутирован ее неверными о нем выводами. Разозлился.

— Женщина, ты вообще думаешь о том, что говоришь?

Навис над ней. Руслану пробирал озноб от близкого присутствия мужчины, его давящей ауры и желания проникнуть в ее голову, тело, жизнь.

Эдем заплакал в соседней комнате. То ли от их громкого разговора, то ли от голода.

— Пусти, мне надо к сыну, — и, выскользнув из его хватки, выскочила из кухни.

— Сынок, ты проснулся, мой хороший, иди к мамочке маленький проглот, — произнесла, едва ступив за порог спальни.

Ребенок сидел в кроватке и обсасывал силиконовую игрушку, при виде матери, забормотал и, отбросив ее, потянулся ручками. Руслана взяла сына на руки, села на свою постель, поспешно расстегнув кофту, достала грудь из бюстгалтера и приложила к ней сына. Тот в нетерпении присосался к сладкому источнику, замурчал, то и дело дрыгая ножкой и сжимая в кулачке мамину кофту. Рауль, ничуть не стесняясь, прошел следом и словно в замедленном кино созерцал картину, не в силах оторвать взгляд. Присев на корточки напротив умильной пары пожирал глазами грудь матери, кормящей сына. Его сына! О котором он узнал час назад. И за этот час мир его перевернулся и уже никогда не станет прежним. Не отмотать пленку, не переписать сценарий жизни. Да и разве он желал что-то менять? Теперь уже точно нет. Руслана смущалась под его горящим взглядом, прятала взгляд, не в силах отражать его энергетический поток. Малыш, насытившись, выпустил сосок изо рта, повернулся и посмотрел на новый объект в комнате. Родственные взгляды встретились и застыли. Малыш, забормотал и дернул ручкой. Рауль протянул свою кисть подставляя палец, за который тут же ухватился мальчик и потянулся, присаживаясь на коленях мамы.

— Как его зовут? И сколько ему?

— Эдем. Девять.

— Он пойдет ко мне?

Эдем пробормотал:

— Се, Се... — потянувшись к мужчине, и Рауль, осторожно прихватив ребенка под ручки, вместе с ним выпрямился.

Сын и отец изучали друг друга. Цвет волос малыша отливал рыжиной, взяв золотой пигмент от матери, более темную кожу, но светлее, чем у отца. Глаза с разрезом, как у матери и черным цветом радужки в опахале длинных ресниц зорко следили за мужчиной. Малыш поднял руку и ладошкой похлопал по лицу и волосам отца, не подозревая об их родстве. Снова произнес: