Книга Девочка бандита, страница 11 – Мила Дрим

Выглядело это столь комично, что я, не сдержавшись, хихикнула.

— Ты с ним поосторожнее, — предупредила Марина, и в её глазах я увидела беспокойство, — такие, как он — отказов не любят, и девок меняют, как перчатки.

От услышанного у меня сдавило горло. Я сглотнула и ощутила противную горечь во рту.

— Я буду осторожна, — дрожащим голосом пообещала я.

Сказала, но внутри почувствовала — что сдержать это обещание у меня вряд ли получится.

Ноги мои гудели от усталости, когда я шла домой.

На часах показывало половина второго. Как обещала тетя Вера, она вернулась на рынок в обед и сменила меня.

К этому времени я продала еще на 100 рублей.

Два человека, все мужчины — накупили помидор. И пришли они с периодичностью в 10 минут.

Странное это дело, потому что меня не покидало ощущение, что ко мне «подогнали» этих покупателей. Не зная, верны ли мои мысли относительно этого, я тем не менее, испытывала благодарность к Создателю.

За свою работу я получила целых 20 рублей.

Приятная сумма, которую я решила отложить. Поэтому, чтобы не трогать её, я решила вернуться домой пешком, благо идти здесь было не так много — быстрым шагом около получаса.

К этому времени погода окончательно прояснилась. На темно-голубом небе приветливо светило солнышко, и я, пригретая его лучами и собственным быстрым шагом, почувствовала, что мне становится жарко.

Недолго думая, я расстегнула свою куртку, но даже это не избавило от ощущения того, что моя спина вот-вот покроется потом. В конце концов, я стянула куртку и перебросила её через руку.

Теплый ветерок пробежался по мне. Почти как летом! Я довольно заулыбалась и ускорила шаг.

Под подошвами приятно шуршала листва. Там, где она была сложена в сторону, я тоже сдвигалась в сторону и шла по ней. Не могла отказать себе в таком удовольствие! С детства любила этот звук. Было в нём что-то уютное, волшебное, родное.

Воспоминания о том, как мы с мамой вот так гуляли, отозвались щемящей тоской в моем сердце. Сама не замечая этого, я замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась.

Внутри клокотали невыплаканные слезы. Даже сейчас, спустя годы, я чувствовала себя той маленькой девочкой, потерявшей свою маму.

Выждав, когда боль стихнет, я медленно поплелась вперед. Самое главное в таком деле — продолжать идти, пусть даже так неспешно. Наконец, горечь стала почти незаметной, и я вернулась к своему быстрому шагу.

Впереди показалась школа, в которой я когда-то училась. Детвора, вывалившись гурьбой из дверей, помчалась в соседний двор, чтобы покататься на старых каруселях. Когда девочки забрались на неё, двое мальчишек, побросав ранцы, принялись раскручивать карусель.

Воздух наполнился гулом.

Детская площадка была старой, впрочем, как и пятиэтажки, и забор, разделяющий придомовую площадь и место, где находился участок для развешивания вещей. Краска, местами, облупилась, выцвела, но это нисколько не убавляло веселья ребятни.

Я улыбнулась. Их веселье благотворно повлияло на мое настроение. В конце концов, всё было не так плохо.

Я отработала свой первый рабочий день (и ничего, что он длился несколько часов). Не сломала ногу, когда падала, и заработала.

Я чувствовала себя самостоятельной, почти успешной. И на фоне этих ощущений, в голове завертелись мысли.