Книга За каменной стеной, страница 86 – Мила Дрим

Я ложусь спать. Стоит только моей голове коснуться подушки, как сон накрывает меня нежным одеялом. Я засыпаю.

Просыпаюсь уже когда небо поцеловано прощальными лучами солнца. Почти вечер. Чувствую себя полной сил и хорошего настроения.

— А вот и мамочка проснулась! — Руслан подносит ко мне сына, который приветствует меня ручками-ножками. Скорее прикладываю Сулейманчика к груди, сын минут пятнадцать кушает, наконец, наедается и делает свои «дела» в подгузник.

Меняю подгузник, одеваю сына и вместе с любимым, выхожу на вечернюю прогулку. Перед сном, во дворе, да еще когда так тепло и вкусно пахнет цветами — прогулка милое дело.

Мы гуляем почти час, после возвращаемся. Купание Сулейманчика, потом душ — сперва я, затем Руслан. Еще чуть-чуть, и можно спать.

Пока муж моется, я кормлю сына. Он, посасывая грудь, медленно засыпает. Дай Всевышний, чтобы и сегодня наш ребенок спал спокойно. Молюсь об это всем сердцем.

Когда я убеждаюсь в том, что Сулейманчик крепко спит, я аккуратно размещаю его в кроватке. Шепчу над ним молитву, нежно касаюсь мягкого животика. Спит. Мой ребенок спит.

Негромкие шаги привлекают внимание.

Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Русланом.

На муже из одежды только спортивные шорты. Невольно начинаю жадно разглядывать его крепкое, натренированное тело. Замечаю белые полоски старых шрамов — сердце сжимается от переживания и той боли, которую мой любимый испытал тогда, когда получил их.

— Сын уснул? — шепотом спрашивает Руслан.

— Да, — киваю головой и впиваюсь зубами в нижнюю губу.

Мне так многое нужно сказать любимому! Надо сообщить ему о том, что мама обещала побыть с Сулейманчиком, что я…

Слова застревают где-то посередине горла, когда Руслан, вдруг, оказывается напротив меня. Его руки обвивают меня и прижимают к влажному, разгоряченному после душа, телу.

Я смотрю, как завороженная, в потемневшие глаза мужа.

Вот это взгляд! Мне кажется, Руслан хочет съесть меня или, по крайней мере, попробовать точно…

Я дрожу. Муж наклоняется и мучительно медленно целует меня. Так, что у меня начинает кружиться голова. Его губы источают нежную силу, его язык — сосредоточие сладости и обещания удовольствия.

— Потанцуем? — вдруг, шепчет Руслан.

Мне не кажется это странным, нет. Сейчас не имеет значения, что на мне — сорочка для кормления, что мы — дома, и вместо музыки у нас — наше дыхание и слова.

Муж еще крепче прижимает меня к себе, берет мою правую ладонь в свою. Мы танцуем. Медленно и невероятно чувственно. И это самый прекрасный танец в моей жизни.

Я целую любимого в ответ.

Целую и распаляюсь.

Я хочу ощутить губы мужа на своем теле, прикоснуться к нему, ощутить его полностью…

Так странно для меня это чувство. И одновременно естественно, как и дышать.

Руслан прерывает поцелуй. Ведет влажными губами по моей шее, щеке и останавливается рядом с ухом.

— Девочка моя, — шепчет он, — да или нет?

Душа моя трепещет. Сейчас мне плевать, что я так и не надела свой наряд, что я не успела нанести увлажняющий лосьон на тело.

Я хочу любимого.

— Да, — я сглатываю, — только я ощущаю себя почти так, будто у меня не было мужчины. Я волнуюсь, любимый.

— Диляра, — Руслан вздыхает и прижимается горячими губами к ямочке, что у ключицы, — у тебе и не было мужчины, милая моя. Ты моя — чистая, нежная, любимая, единственная. Иди ко мне.