Книга Призрак, страница 39 – Мила Дрим

Наконец, миновав мучительное расстояние до воина, под прицелами сотен глаз, девушка подошла к Айомхару. Тот впился взглядом в ее покрасневшее лицо, затем, бесстыдно опустил взор на соблазнительную линию декольте, а после, подняв глаза и встретившись взглядом с Леей, выразительно изогнул левую бровь.

Ей показалось, что ее окунули в горячие воды. Все тело тут же запылало от столь откровенного взгляда Айомхара. Леа часто-часто захлопала глазами, и тут же раздался властный голос призрака:

— Садись, — он кивнул головой себе под ноги.

Девушка, холодея от осознания, что ей, как собачке, предстояло сидеть возле ног своего хозяина, подошла к мужчине и увидела невысокий табурет, размещенный рядом с ним. Леа, ощущая на себе любопытные взгляды собравшихся, опустилась на него, нервно впиваясь ногтями в подол своего платья.

Она, не выдержав, чуть запрокинула голову, встречаясь с тяжелым взглядом Айомхара. Он молчала, но его глаза, полуприкрытые веками, говорили за него. Желание, дерзость, ощущение власти над пленницей — вот что прочла Леа. Она качнула головой, будто сообщая ему, что все понимает. В ответ его темные губы изогнулись в циничной, пропитанной ледяным спокойствием, улыбке. Затем, не выдержав более взора воина, девушка опустила глаза вниз, на свои дрожащие ладони.

Наконец, прислуга начала разносить широкие, плоские тарелки с наложенными на них кусками мяса и крупно порезанными овощами. Леа собралось было подняться на ноги, чтобы лично принести для Айомхара еды, однако тяжелая ладонь, опустившись на плечо девушки, не позволила ей встать.

Леа почувствовала облегчение. Ей было дозволено просто сидеть, а не бегать среди служанок, опасаясь упасть или позорно уронить содержимое тарелок. Она вновь посмотрела на призрака, и тот, протянув руку, обхватил жесткими пальцами девушку за скулы, зло процедил:

— Не хочу, чтобы мои люди или гости поубивали себя из-за тебя.

Леа облегченно выдохнула, когда Айомхар, разжав пальцы, отпустил ее лицо и продолжил общение с воинами. Они говорили на своем языке, по-прежнему непонятном для девушки и казавшимся ей невероятно грубым. Она, не понимая ни слова, смотрела то на свои ладони, то, чуть смелея, вдаль, наблюдая за гостями. Но каждый раз, устремляя взор на людей, Леа то и дело сталкивалась с любопытными, осуждающими или холодными взглядами.

Пытаясь отвлечься от них, девушка перевела все свое внимание на еду, что была на столе. Да, даже еда соответствовала этим людям: большие куски мяса, ломти хлеба, совсем не изящная нарезка овощей. Не то, что в родном замке Леи. Однако сейчас желудок девушки мало волновало изящество. Для него еда выглядела вполне аппетитно, и живот заурчал, напоминая о своих желаниях сперва звуком, потом болью.

Леа опустила голову вниз, размышляя над иронией своей судьбы — еще полмесяца назад она вкушала изысканные блюда и была уверена в своем будущем. Теперь же она, подобно зверьку, ждет, когда хозяин соизволит накормить ее. Видел бы ее отец! О чем бы он тогда подумал? Но Фредек бросил ее, а Эрно и Джерго, вероятно, погибли, защищая дом. Глаза Леи наполнились слезами, а к горлу подступила горечь. Девушка уже не хотела есть.

Но в этот момент рядом с губами Леи показались смуглые пальцы, сжимающий аппетитный, покрытый корочкой, кусочек мяса. Девушка подняла глаза, в очередной раз, встречаясь взглядом с Айомхаром — тот выжидающе смотрел на пленницу. Она понимала, что если откажет сейчас, то это будет прилюдным оскорблением для воина. Девушка, закусив нижнюю губу зубами, протянула дрожащие пальчики к мясу, желая забрать его, но над головой раздался холодный голос воина: