Книга Нежный плен, страница 51 – Мила Дрим

Годива едва не заскрежетала зубами от злости. Секундой ранее девушка считала, что у нее не осталось сил, но слова, озвученные Анной, пробудили в ней чувства. Будто делом всей её жизни стало выйти замуж!

— Благодарю вас за заботу, но если мне понадобится ваша помощь – я попрошу её у вас, - стараясь смотреть спокойно на брюнетку, произнесла Годива. – Пока же, я в ней не нуждаюсь.

Анна, на миг, переменилась в лице. Как посмела эта… Как назвать её? Каким именем или прозвищем? Эта недостойная отказать ей? Быстро взяв себя в руки, брюнетка, мило улыбнувшись, перевела взгляд на Леонардо и ответила:

— Как вам будет угодно, Годива. В любом случае, я приехала сюда совсем по другой причине. Леонардо, мне нужно с вами кое-что обсудить. Мы могли поговорить прямо сейчас?

— Да, - мужчина бросил на  Годиву быстрый взгляд, затем – снова посмотрел на улыбающуюся Анну, - если это так срочно, и если вы не смущаетесь моего вида.

— Я постараюсь не упасть в обморок, - кокетничая, пообещала леди Анна.

— Тогда – прошу за мной.

Леонардо, обойдя свою пленницу, двинулся вперед. Леди Анна поравнялась с ним. Она, то и дело, поворачивая голову к мужчинуе, что-то оживленно рассказывала ему. Затем и вовсе рассмеялся – её громкий смех разнесся эхом по коридору. Годива смотрела на удаляющуюся пару, испытывая разрывающую изнутри боль…

Видимо, такова её судьба – выйти замуж и теперь уже навсегда распрощаться с Леонардо. С невыразимой грустью приняла это Годива. Но прежде, чем сделать это – девушка прошла все этапы страдания – яркую боль, непонимание и ощущение отверженности, а после – опустошающую печаль. Полдня провела саксонка в слезах, оплакивая так и не сбывшиеся мечтания. Эти мечтания, упрятанные в самый дальний уголок души, только-только начали возрождаться, и вот теперь – теперь пришлось их похоронить. Для Годивы это было сродни тому, чтобы закапывать кого-то заживо. Ибо мечты ее сопротивлялись, кричали, а потом – умолкли.

Даже сон не стал на пользу девушке – не принес он ни отдыха, ни хоть какого-то умиротворения. Пустота, образовавшаяся в груди, противно ныла. Не заглушить было её ничем. Годива, словно зверь в клетке, ходила по комнате вперед-назад, когда в дверь постучали. Застигнутая врасплох нежданным гостем, белокурая красавица, прежде, чем открыть, торопливо стерла с лица слезы и окинула свое отражение оценивающим взглядом.

Увы, та девушка, что смотрела на неё с блестящей поверхности зеркала, не радовала Годиву. Припухшие глаза, все та же бледность и измученный взгляд. Саксонка с раздражением отвернулась. Выглядела она ужасно несчастной. Стук, напоминая о присутствии за дверью гостя, повторился. Годива, подавив в себе желание притвориться, что она спит и не слышит, открыла дверь. Внутрь тут же зашла молодая женщина, веснушчатое лицо которой сияло теплом и лаской. Это была Ава.

— Годива! – озабоченно выдохнула она, заметив, как  выглядит подруга. По правде говоря, еще хуже, чем утром. Ава плотно прикрыла дверь. – Ты не заболела?

Рыжеволосая молодая женщина коснулась лба девушки – он был прохладным.

— Лихорадки нет, - Ава вопрошающе посмотрела в глаза Годивы. – Это из-за появления леди Анны ты так огорчилась?

— Дело не только в ней, - девушка порывисто провела пальцами по выбившимся из косы волосам. Затем – тяжело вздохнула. Признание давалось ей с трудом. Видя, что Ава ожидает ответа, Годива сообщила: