Книга Мне уже не больно, страница 152 – Лили Рокс

Мужчина начал прижиматься всем телом к Лане, обхватывая ее так, будто она была его собственностью. Он взял ее руки и положил себе на бедра, и сначала это хоть как-то напоминало танец, но все быстро изменилось. Данил, в пьяном угаре, с энтузиазмом положил ее руку себе на грудь и, громко смеясь, завопил:

— Почувствуй, как бьется мое сердце от счастья!

Его руки становились все более настойчивыми и бесцеремонными. Одна пролезла под ее блузку, другая скользнула под юбку. Все это происходило на глазах у всех, словно это была норма.

— О, да тут уже, похоже, влажно! Надеюсь, ты в постели такая же смелая, как и в жизни? — его голос звучал отвратительно, с похотливой ноткой.

У меня внезапно подступила дурнота. Что, черт возьми, тут происходит? Я просто не могла поверить, что оказалась в такой ситуации. Все вокруг казалось пошлым и мерзким до предела. Как будто я угодила в какой-то чужой, отвратительный мир, который меня отторгает. Люди вокруг вели себя так, будто не замечали происходящего, как будто это нормально — все, что происходило, внушало одно лишь отвращение.

Меня охватило чувство полной беспомощности. Я не понимала, как могла оказаться здесь, среди этого грязного спектакля, где каждый жест и слово казались отвратительно фальшивыми. Словно реальность вдруг стала зыбкой, ненастоящей, как сцена из плохого фильма. Это ощущение абсурдности происходящего росло с каждой секундой, и я не могла избавиться от желания вырваться, сбежать, оставить все это позади.

Все это выглядело настолько мерзко и омерзительно, что я не могла больше выносить этого зрелища. Вскочив с лавки, я прерывисто выдохнула:

— Я пойду прилягу. Мне что-то внезапно стало плохо.

Лазарев сразу же повернулся ко мне, обеспокоенно глядя:

— Да ты вся позеленела, — его голос звучал искренне тревожно. — Сможешь сама дойти? Уверена?

Я кивнула, отметив его немое указание Венскому. Через несколько секунд я услышала шаги за собой — Венский следовал на расстоянии, но достаточно близко, чтобы вмешаться, если что-то пойдет не так. Это было его молчаливое поручение, и я не удивилась, когда заметила его присутствие.

Я захлебывалась от внутреннего ощущения грязи. Перед глазами стояли эти беспорядочные, мерзкие прикосновения Данила к Лане и ее отстраненный, пустой взгляд. Это словно было вне ее, как будто она уже давно смирилась с происходящим.

Добравшись до комнаты, я бросилась на кровать и хотела разрыдаться, выплеснуть всю эту боль и отвращение, которые копились внутри. Но внезапно услышала тихое шуршание и перебор маленьких лапок.

Страх мгновенно сковал мое тело. "Может, это все-таки ежик?" — подумала я, пытаясь успокоиться. "Нужно научиться смотреть своим страхам в глаза," — сказала себе и села. Но тут же подскочила, как ужаленная. По полу из одного угла в другой бежала огромная крыса с длинным, голым хвостом, и паника охватила меня с новой силой.

Свой вопль я услышала словно со стороны, будто это был не мой голос. Крыса замерла на месте, приподняла голову, словно раздумывая, а затем молниеносно метнулась в обратную сторону — туда, где стояли сумки с вещами.

Мелькнула мысль: "Спуститься вниз, добежать до двери, распахнуть ее и бежать к людям". Но я даже пошевелиться не могла. Стояла, как парализованная, и кричала, пока крик не превратился в хрип, а по ногам не потекла предательская влага. Страх полностью захватил меня, лишив какой-либо возможности двигаться или что-то предпринять.